Читаем Вечный бойскаут полностью

А вот другие рекомендации правители Земли пропустили мимо ушей, а то и прямо отвергли. Например, на предложение полного запрета нанитов они согласились лишь частично, переведя эту технологию под строгий контроль государства. А вот предложение отказаться от использования искусственного интеллекта они раскритиковали, как и ограничение генетических исследований и модификаций.

Ещё вулканцы с барского плеча подарили людям некоторые свои устаревшие технологии наподобие фотонного двигателя. На самом деле люди и сами вскоре бы изобрели подобные движки. Если бы не это, остроухие вряд ли снизошли бы до подобной подачки. Но даже это существенно сократило бюджет Земли и время на научные изыскания. Вот если бы ушастые ещё подарили землянам технологию гипердрайва — другое дело. Но они даже устаревшим вариантом своих гипердвижков делиться не пожелали.

Вся человеческая промышленность была перенаправлена на строительство могучего космического флота, что требовало постройки больших космических баз и заводов.

Брэд не мог остаться в стороне. Немалую роль сыграло его увлечение техникой и программированием. Денег ему хватало с избытком на долгую и безбедную жизнь, но не хватало занятия для души. И он решился начать новую жизнь — записался в только что созданную Земную Академию Космоса (ЗАК).

ЗАК — стала самой большой и оснащённой по последнему слову техники академией на планете. Под неё был выделен большой остров в Тихом океане.

Сдать экзамены для обучения в ЗАК — дело непростое. Нужно обладать выдающимся интеллектом или богатым багажом знаний.

Брэд поступал в инженерный корпус, в который был конкурс сорок семь человек на одно место. Но это ерунда по сравнению с корпусом комической медицины, где на одно место претендовали сто пятьдесят человек. И цветочки по сравнению с ягодками, если взять за образец корпус высших офицеров звёздного флота, где на одно место выстраивалась очередь в пятьсот тридцать младших военных офицеров.

Грин поступил сам без ухищрений, но прошёл по нижней планке. От следующих семи кандидатов его отделял всего один балл. Ещё чуть-чуть, и он бы не прошёл. С одной стороны, есть чем гордиться. С другой стороны, он с богатым багажом опыта и знаний оказался худшим из лучших парней и девушек в возрасте от восемнадцати до двадцати одного года.

В принципе, никаких ограничений по возрасту вступления в академию нет, тем более в современном мире срок человеческой жизни сильно увеличился. Но взрослые люди не считают необходимым начинать всё с начала и поступать на учебу вместе с молодежью. Если взрослый захочет учиться, то он выберет заочное или дистанционное образование. Брэд оказался единственным таким на весь ВУЗ. Но поскольку он внешне выглядел на двадцать и не трепал языком, а в социальных сетях так и не зарегистрировался, студенты даже не подозревали о его официальном, и тем более о реальном возрасте.

Всего четыре года длилось обучение в академии. Он не демонстрировал выдающихся успехов и гениального ума, но старательно поглощал знания и приемлемо сдавал проходные тесты. Несмотря на старательность, на фоне отборных гениев с молодыми незашоренными мозгами его результаты не блистали. По итоговому тестированию он снова плёлся в конце списка выпускников.

Лучшие из лучших выпускники получали распределение на космические корабли, пока системные, но всем было понятно, что дальше по мере набивания руки и постройки флота их ждёт переход на полноценные звездолёты.

Мистер Хилл вместе с прочими выпускниками академии получил звание энсина и был назначен на строящуюся космическую станцию. Молодых коллег это могло бы расстроить, но не его. Ему, наоборот, такая работа была по душе. Вроде бы и в космосе, при этом в относительной безопасности и до Земли рукой подать.

Энсин-инженер — это небольшой начальник, в подчинении которого находятся техники в званиях уорент-офицеров. Над ним и такими же как он младшими офицерами стоит главный инженер станции.

Его начальником стал лейтенант Стэнли Шпак — парень, едва разменявший четверть века. Рыжий, кучерявый, худой и высокий, он на голову возвышался над Брэдом. После прилёта на станцию, он забавно поджимал губы, глядя на него сверху вниз.

— Энсин Хилл…

— Лейтенант Шпак, сэр? — живо и выразительно приподнял брови Грин.

Ещё немного пожевав губу, Шпак продолжил:

— Твоя анкета не вдохновляет. У остальных выпускников показатели куда лучше. К нам, как всегда, присылают отбросы… Что умеешь? В чём силён?

Брэда возмутило подобное обращение.

— Пошёл в задницу!

— Что?! — опешил Шпак. Его глаза опасно сузились. — Ты смеешь оскорблять старшего по званию?

— Я тебе больше скажу, мелкий ублюдок, — распалился Грин, которого со времён бытия вечным подростком дико бесили оскорбления в свой адрес, — я не собираюсь терпеть оскорблений от какого-то сопляка, который мне во внуки годится! Своего папашу будешь называть отбросом, молокосос!

— Хилл, ты договоришься… — зло прошипел Шпак. — Ты можешь вылететь отсюда по щелчку пальцев.

— Попробуй меня выгнать, сопляк, и тогда узнаешь, на что я способен…