Великий русский путешественник Н. И. Миклухо-Маклай начинал свою научную деятельность как зоолог, исследовавший морские губки Охотского моря, собранные И. Г. Вознесенским у берегов Курильских островов. Уже на своем пути в Новую Гвинею Маклай открыл на острове Питкерн, в южной части Тихого океана, морскую губку, которая водилась в большом количестве «в северных частях Тихого океана, на Курильской и Алеутской грядах», — как писал ученый в 1871 году. Несколько позже географ Лев Мечников, хороший знаток Японии, изучал жизнь обитателей Курильских островов и айнов Хоккайдо. Его рукописными заметками пользовался знаменитый землеописатель Элизе Реклю.

В 1875 году японцам удалось укрепиться на Курильских островах. Очень важно заметить, что после этого айны острова Парамушир покинули его, не желая жить под властью японцев. Спустя год в алеутской деревне на острове Уруп жило свыше 30 переселенцев с Алеутской гряды, многие из которых знали русский язык. Вторая деревня аляскинцев стояла на берегу уже знакомой нам бухты Бротон на острове Симушир; здесь тоже хорошо говорили по-русски. Профессор Позднеев в свое время описал поселение айнов на острове Шикотан, у берегов которого водились полосатые тюлени. Айны Шикотана переняли у русских религию, обычаи, одежду и свободно разговаривали по-русски. Старшина их звался Яковом. Были имена: Лаврентий, Дмитрий, Аверьян, Елисей, Прайда, Степанида.

Уже в 1899 году японец Тории Рюзоо посетил остров Шикотан и узнал, что айны здесь носили русские фамилии — Сторожев, Плегин. На острове жили айны с именами Иван, Трифон, Прокопий, Пелагея, Харитина…

В 1887 году в Токио вышла книга, изданная «императорским Японским университетом», посвященная «изучению» айнов. В этой грязной книге было написано, что айны «представляют действительно что-то переходное между человеком и зверем», что они «прямо низшая раса даже по своему физическому устройству». Это говорилось о людях, знавших русскую грамоту, живших в светлых домах, имевших русские бани.

К началу XX столетия на Курильских островах насчитывалось 2886 жителей. «Столицей» архипелага был поселок Тотори на южной оконечности острова Кунашир. Русские названия бережно сохранялись на островах, исследованных нашими мореходами, — проливы Надежды и Дианы, пик Сарычева, мыс Рикорд, пролив Головнина.

ЧЕРЕЗ ПУСТЫНЮ БЕТПАК-ДАЛА

Однажды директор Карагандинского музея Л. Ф. Семенов показал мне очень редкий, не напечатанный еще нигде документ. Он был написан в 1890 году и назывался «Копия с приложения к записке о торговле Акмолинского уезда и ее направления».

Автором «Приложения» был акмолинский уездный начальник Троицкий.

Документ этот содержит много сведений о торговле Акмолинска не только с русскими городами, но и со Средней Азией и Китаем. По существу, заметки Троицкого являются своеобразным дорожником, в котором подробно описаны караванные пути от Петропавловска до Ташкента и Кашгара (Западный Китай). Маршрут до Кашгара проходил через Акмолинск, Нельдинский (Успенский) рудник, Балхаш, Пишпек (ныне Фрунзе), устремлялся к высокому перевалу Теректы и приводил путников в Западный Китай. Троицкий самым тщательным образом отмечал природные условия ряда местностей, описывал растительность, указывал на водные источники, точно исчислял расстояния между местами стоянок. О заметках Троицкого надо говорить отдельно и более подробно, но они заставили меня вынуть мои походные тетради и воскресить в памяти некоторые страницы из истории путешествий через степи Казахстана…

Следы этих путешествий теряются в глубокой древности. Так, например, еще в 569 году н. э. Земарх, посланник императора Византии, посетивший государство тукюэзцев (тюрок), пересек пустыню Бетпак-Дала. В XIII веке там прошли новые гости из далеких стран. Это были Смбат, начальник конницы Малой Армении, и властитель этого государства царь Гетум I. Малая Армения в те времена располагалась в непосредственной близости к Средиземному морю. Трудно даже представить условия, в которых протекали подобные путешествия в столицу великих ханов Монгольской империи — Каракорум, начинавшиеся от стен цветущего армянского города Сиса! Люди, ездившие ко двору монгольских ханов, не могли миновать побережий озера Балхаш. В таком случае на земле нынешней Карагандинской области в XIII веке побывали русские князья Ярослав, Глеб Ростовский, посланники французского короля, русские и западноевропейские пленные, угнанные монголами в Каракорум. Недавно мне удалось установить, что и Александр Невский не ограничился пребыванием в волжской орде. Он был вынужден ехать оттуда в столицу великого хана — в глубь Центральной Азии. На пути Невского лежал Балхаш и высились Джунгарские ворота.