Читаем Вечное пламя полностью

– Думаю, пора нам избавиться от этой гадости, – сказал Элвин, поставив им на колени плоские серебряные миски и предупредив не проливать.

Софи подавилась, ощутив запах плещущейся внутри жидкости.

– Да уж, поверь, лучше тебе не знать, что это, – сказал ей Элвин. – Просто опусти туда руки и держи, пока я не скажу. А, и готовься к странным ощущениям.

– В каком смысле странным? – спросила Софи, опуская руки в миску, но тут же поняла, о чем он, потому что впитывающаяся в кожу жидкость казалась одновременно огнем и льдом. Было не больно – но и приятного мало. Она в основном потела, ежилась и безумно хотела чесаться.

– Потерпите еще десять секунд, – сказал Элвин, начиная отсчет.

Еще никогда десять секунд не шли так медленно, а когда наконец истекли, Софи поспешно вытащила руки. Элвин забрал серебряные миски и передал им зеленые шелковые полотенца.

– Ух ты, – прошептал Киф, бросая полотенце на колени. Он пару раз хлопнул в ладоши, а затем прижал их к лицу. – Вот я знаю, что трогаю себя, но не чувствую рук.

У Софи они тоже онемели – хотя ее это не радовало.

Наркоз у врачей значил только одно – будет больно.

– Что это? – спросила она у Элвина, когда тот вынул две красные бутылочки из сумки, которую всегда носил на плече.

– Последний шаг – и больно не будет, обещаю.

Софи, глядя на прыгающих по тунике Элвина рогатых зайцев, напомнила себе, что доверяет ему, а тот вытянул ее руки так, чтобы они были над полом.

– Так будет меньше грязи, – пояснил он, что прозвучало далеко не так ободряюще, как должно было. – И не сходи с ума, когда увидишь, что будет. Одна секунда – и все пройдет.

Софи силой воли заставила себя сидеть ровно, когда Элвин вылил густую красную жидкость ей на ладони. Она не чувствовала, как сверкающая влага их покрывает, но все равно было жутко наблюдать, как верхние слои кожи слезают и тают, стекая на пол склизкой лужей персиковой жижи. В воздухе стоял запах горелой плоти, от которого они с Кифом давились, пока Элвин оборачивал их ладони влажными фиолетовыми тряпками.

– Это самое жуткое, что со мной происходило, – тихо сказал Киф, не сводя глаз с мокрых тряпок. – И самое классное, конечно. Но, блин. Если хочешь расплавить чью-то кожу – надо предупреждать.

Софи жутко было думать о том, что Алдену придется пройти через тот же процесс. И Юреку. И…

– О нет, – пробормотала она, пытаясь схватить передатчик фиолетовыми перевязанными руками. – Нельзя так поступать с Силвени. Она долго от этого не оправится.

– Эй, спокойней, – произнес Элвин, мягко удерживая ее за плечи. – Надо закончить процедуру, а то руки не заживут. А Силвени точно усыпят. На самом деле я думал и тебе дать снотворное, но знаю, что ты их не любишь, и…

– А я, может, был бы не прочь отрубиться, – перебил Киф.

– Даже если пришлось бы провести в школе ночь? – спросил Элвин.

– О, пижамная вечеринка! Я всеми руками «за».

– Да, только почему-то я сомневаюсь, что твои родители были бы этому рады – и это еще одна причина, по которой ты не спишь.

– А вы явно плохо знаете моих родителей. Они всегда рады от меня избавиться, – Киф сказал это с улыбкой, но Софи слишком хорошо его знала, чтобы купиться.

Элвин, видимо, тоже заметил, потому что перевел тему.

– Хах, – произнес он, снимая повязку с рук Софи. – Я думал, что он полностью пройдет.

Он провел пальцами по шраму в форме звезды, оставшемуся от укола «Черного лебедя».

– Видимо, слишком глубокий, – ответила она, а Элвин щелкнул пальцами, и вокруг шрама вспыхнул рыжий шар.

С прищуром глядя на него через переливающиеся очки, он повертел руку Софи.

– Но это бессмысленно.

– Это фишка Фостер, – напомнил ему Киф.

– Да, видимо. – Элвин призвал зеленую сферу и нахмурился, заметив запястье. – Почему ты не сказала, что обожглась?

– Это не ожог, а ушиб, – поправила Софи. – Я просто использовала не ту мазь и сделала все хуже – и перед тем, как вы начнете читать нотации, я не пошла к вам, потому что это ерунда. Меня просто слишком сильно схватили за запястье.

– Так, погоди-ка, кто тебя схватил? – спросил Киф. – Назови имя, и я накажу его в стиле Сенсена.

– Не надо никого наказывать, – возразила Софи. – Если на то пошло, я сама виновата. Я знала, что Брант нестабилен. Надо было быть осторожней.

– Да, тебе явно нужно научиться осторожничать, – согласился Элвин, роясь в своей сумке. – А еще я думаю, что лучше было бы к нему не ходить – и в любом случае ты всегда должна идти ко мне, если получаешь травму!

– Ладно-ладно, не кричите, – Софи потерла звенящие уши.

Элвин сурово посмотрел на нее и, взяв за руку, натер рану фиолетовой мазью. Прохладное покалывание тут же уняло боль, и краснота пропала.

– Что это за мазь? – спросила Софи, желая запомнить название.

– «В следующий раз тащи свою задницу в здравпункт».

– Или просто не попадай в неприятности, – влез Киф. – Хотя все мы знаем, что вряд ли получится, – он показал на прикрепленную над койкой фотографию Софи в ее ужасном костюме мастодонта. – Элвину стоит повесить доску, чтобы можно было отмечать твои посещения.

– И твои тоже, Киф, – заметил Элвин. – Ты становишься завсегдатаем.