Читаем Вдова полностью

Инспектор был уверен, что Глен Тейлор уже подумывает о следующей своей жертве. Подпитывает свои грязные помыслы порнографией из Интернета. Когда это превращается в психологическую зависимость, то, если верить психиатрам, завязать с этим так же трудно, как и с наркотиками.

Спарксу подробно объясняли причины того, что отдельные мужики впадают в подобную зависимость от порно: тут и депрессия, и состояние тревожности, и нехватка денег, и проблемы на работе. Были даже теории насчет своего рода «химической компенсации»: дескать, острые ощущения достигаются за счет выработки адреналина, дофамина и серотонина. В одном докладе, что он взял почитать вечерком дома, просмотр порнографии для некоторых мужчин по напряжению был сравним с первым сексуальным опытом, что заставляло их стремиться к новому достижению того же состояния путем просмотра все новых и все более разнузданных фото и видео. «Примерно так описывают свой опыт люди, зависимые от кокаина», – добавлялось в конце.

Путешествия по бескрайним просторам Интернета дарили совершенно безопасный полет фантазии, исполненный возбуждения и азарта, – этакий способ создания личного пространства, в котором можно безнаказанно грешить.

– Вот что любопытно, – сказал потом Спаркс сержанту, когда они сидели за ланчем в буфете, – отнюдь не у всех порнозависимых случается эрекция.

Иан Мэттьюс недоуменно поднял брови и опустил сэндвич с колбасой на пластиковый кафешный столик.

– А ничего, что я тут кушаю, шеф? – даже подскочил он. – Чего вы там такого начитались? Звучит как полная галиматья.

– Благодарю, профессор, за оценку, – огрызнулся Боб. – Я просто пытаюсь проникнуть в темный поганенький мирок Глена Тейлора. Путем допросов нам это сделать не удалось. Все же так вдруг избавиться от своей привычки Тейлор не сможет – и вот тут-то я его и подловлю. Мы застукаем его и сразу же повяжем.

Сержант тяжело опустился обратно на стул и вернулся к еде.

– Продолжайте. И как мы это сделаем?

– Тут ко мне заглянул Фрай – один из тех смышленых мальчиков, которых к нам присылают, дабы мы их научили уму-разуму. Так вот, он говорит, мы упускаем одну, возможно, применимую уловку. Интернет-чаты. То есть те онлайн-кулуары, где порнозависимые и сексуальные маньяки ищут себе «друзей» и отбрасывают всяческие тормоза.

Детектив констебль Фрай действительно накануне заявился в кабинет к своему начальнику, без всякого приглашения сесть вытянул себе стул и повел со Спарксом разговор словно по университетскому учебнику:

– Как мне представляется, главная наша проблема сейчас в том, чтобы Глен Тейлор сам себя разоблачил.

«Да неужели, Шерлок!» – хмыкнул про себя Спаркс.

– Продолжайте, Фрай, – сказал он.

– Так вот. Возможно, нам следовало бы внедриться в его мир и поймать Тейлора за самое для него уязвимое место.

– Извините, Фрай, а можно ближе к делу? Что вы подразумеваете под этим «его миром»?

– Я больше чем уверен, он шастает по определенным чатам – возможно даже, выискивая себе новых «клиентов». И если мы притворимся такими же участниками чатов, то он наверняка подкинет нам какие-то ключевые улики. Мы могли бы применить агентурно-оперативную разведку.

Спаркс поднял бровь:

– Простите, что?

– Сбор информации посредством агентурно-оперативной разведывательной деятельности, сэр. Чтобы проследить за действиями Тейлора. Мы проходили это в колледже, и мне кажется, что стоит попытаться, – закончил он, распрямив свои длинные ноги и резко подавшись к столу начальника.

Спаркс непроизвольно отшатнулся назад – и телом, и мысленно. Не потому, что этот Фрай оказался смышленее его. Дело в том, что нерушимая уверенность этого юнца в своей правоте его сильно уязвляла. «Вот что с вами делает этот университет», – подумалось инспектору.

– Далось вам это чертово университетское образование! – словно опять услышал он голос отца. – Столько времени коту под хвост! Если кому оно и надо – так людям с деньжищами или же тем, кому заняться нечем.

«Но уж точно не тебе», – явственно адресовалось семнадцатилетнему юноше с бланком заявления в руке.

Больше этот вопрос в семье не обсуждался. Отец его работал мелким клерком в районной управе и любил свой скромный и тесный мирок. Девизом его существования было «Уверенность и стабильность», и своего отпрыска он склонял к тем же жизненным установкам представителя низших слоев среднего класса.

– Получай свой аттестат зрелости, Роберт, и ищи хорошую работу где-нибудь в офисе. Так, чтобы сразу и на всю жизнь.

Свое заявление о поступлении на службу в полицию Боб держал в тайне от обоих родителей (забавно, он всегда воспринимал их как одного человека – «папамаму»), и когда его приняли, представил это родителям уже как fait accompli[19]. Разумеется, самого выражения fait accompli Боб перед ними не употреблял: его «папамама» как-то не дружили с иностранными словечками.