Читаем Ватутин полностью

Ватутин заметил это. Он повернулся к Ястребову и, щурясь от солнца, сказал:

— Волнуетесь, генерал! Напрасно. Такую-то атаку ваши ребята наверняка отразят. Смотрите-ка, смотрите: с гранатами ползут, пушки выкатывают. Вот это правильно! Жаль только, что немножко поздновато. Необходимо больше учить их взаимопомощи, чувству локтя! — И тут же весело, дружески кивнул генералу танкистов: — Десятка машин у тебя действительно недостает. Согласен!

— Да, да, — отозвался Катуков, наблюдая за учебным боем. — Нелегко бы пришлось моим, будь это настоящие гранаты.

— В этой дивизии есть такие специалисты! — сказал Ватутин. — По десяти танков на текущем счету имеют.

Ястребов невольно улыбнулся. Было приятно, что командующий фронтом хвалит его людей, приятно и то, что эту похвалу слышит командующий армией.

Танки кружились вокруг окопов, то наезжая на них, то отступая. У танкистов это называлось обкатывать пехоту: приучить не бояться танков, тренировать их в отражении танковых атак.

Ватутин взглянул на часы.

— Пожалуй, восьми атак за день хватит, — проговорил он. — Людям пора обедать. Товарищ Катуков, давайте отбой! Товарищ Ястребов, вы тоже сделайте все распоряжения, а потом приходите с начальником штаба. Будьте готовы доложить, как у вас организована оборона дивизии. Подумаем, посоветуемся.

Радист передал в микрофон команду, и тотчас танки на холме начали разворачиваться и сползать с окопов.

Ватутин прошелся, разминая затекшие ноги, расстегнул на груди китель.

— Жарко! — заметил он. — Танкистов, должно быть, здорово припекает.

— Да, в танке сейчас хоть чайник кипяти, — откликнулся Катуков.

Прошли колонной машины с открытыми люками. Танкисты, сняв шлемы, высунулись из люков: подставляли себя ветру. Затем показалась артиллерийская батарея. Несколько грузовых машин везли на прицепах зачехленные пушки. Сидевшие в грузовиках артиллеристы с интересом рассматривали генералов на обочине дороги.

Один из артиллеристов, молодой парень, примостившийся на борту грузовика, перегнулся через кузов, чтобы получше разглядеть начальников. И надо же было случиться несчастью — уронил каску; сверкнув в лучах солнца и несколько раз перевернувшись, она упала в траву, к ногам генералов.

Кто-то застучал о крышку кабины шофера. Машина, проехав метров пятнадцать, затормозила, но виновник задержки не решился спрыгнуть на дорогу: его охватила оторопь.

Из кабины, приоткрыв дверцу, высунулся лейтенант и сердито спросил:

— В чем дело?

— Сержант Курбатов каску потерял! — ответил; то-то.

Лейтенант рассердился.

— Растяпа! — ругнулся он. — Вылезай скорее!.. А ну, бегом!

Курбатов вздохнул, беспомощно глянул на сидящих рядом солдат и, поняв, что положение безвыходное, перемахнул через борт машины.

В машине примолкли, ожидая, как развернутся события. А каску Курбатова уже поднял невысокий генерал и, рассматривая ее, о чем-то весело говорил с командующим армией.

Курбатов быстро оправил на животе ременную пряжку, одернул гимнастерку и нерешительно направился к генералам, считая уже совершенно невозможным бежать к ним, как это приказывал лейтенант.

Курбатова так и подмывало приложить руку к пилотке, но все же он этого не сделал, может быть, просто не успел. Генерал, который поднял каску, неторопливо шел к нему навстречу.

— Чего же это вы, товарищ сержант, казенное имущество разбрасываете? — сказал он, усмехаясь. — А ремешок для чего?.. Забыли?..

Курбатов остановился. И вдруг с веселостью, какая появляется у людей в минуту крайнего возбуждения, сказал:

— Это, товарищ генерал, я отметил рубеж, за который отходить уж никак не буду.

— А собирался?

— Да всяко на войне бывает. И отходили. А вот сейчас решил: если уж очень поднажмут, до каски дойду, а дальше ни шагу.

Ватутин покачал головой:

— Ты, сержант, вижу, хитер! Как фамилия?

— Курбатов, товарищ генерал.

— Бери свою каску, товарищ Курбатов, и покрепче носи ее, чтобы голова целее была. Да думай, как идти вперед, а не назад! Понял?

— Понял, товарищ генерал!

— Ну, беги, товарищи-то ждут.

Курбатов надел каску и, быстро повернувшись, побежал к машине, забыв даже проститься с генералом.

С машины навстречу ему протянулось сразу с десяток рук, и в одно мгновение сержант оказался на борту, рядом со своим дружком Морозом.

Его стали расспрашивать, о чем с ним говорил генерал, но Курбатов отмалчивался, подставляя лицо теплому ветру.

3

Начальник разведки генерал Виноградов положил на стол перед Ватутиным последнюю разведсводку и, отступив на шаг, ждал вопросов командующего.

Ватутин прочитал сводку, подчеркнул некоторый строчки и откинулся к спинке стула.

— Садитесь, товарищ Виноградов, — предложил он.

Генерал подсел к столу. Его худощавое, с острым профилем лицо было сосредоточенно. Раскрыв тонкую синюю папку, он вынул бумаги и стал их перелистывать.

— Значит, вы считаете, товарищ Виноградов, что немцы могут ночью атаковать нас? — спокойно спросил Ватутин.

— Для этого есть данные, товарищ командующий.

— Давайте взвесим их. Я вас слушаю.