Читаем Ваш Николай полностью

Ваш Николай

И астроном, холодея, уставляется на трещинки в небе,Обсерватории уж 80 лет,И часовой стоит на пирсе,Как Лукиан, не умеющий изъясниться.Ах, как много солдат и студентов на берегу,На ужин собиралися друзья.На вышках с глазурованной черепицейНочуют гости из Индонезии.Открывали консервы, как дверь в зоосад,Подземны толчки как вода,И матери несут младенцев из окрестных сел,И старцы приходили поживиться.

2000–2003

* * *

И боец оборачивался на женский крик,И в камень, как в зеркало, глядел.На ниточках висели реактивны снаряды,И дождь выворачивал оловянный каменьИз жирныя почвы.Бойцы разрезали ножом апельсин,И лихорадка отступала,Пресвятая дева Мария ходила вослед за полкомС неживым мотыльком на плече.И некий боец, вознеся землемерный циркуль,Вонзал острие в воображаемый центр земли,И грузовик сгорает осторожно,Как для формальной красоты.

2000–2003

* * *

Когда рабочие разгрузят пиломатериалы,Доставят полдник. Промелькнет комета,Наладят газовое освещение в саду,И гости явятся, ведомые Карлом.Посередине клумбы – золотой мотоциклет,В беседках яблоки, строительство ослабевает.И Карл похож на рыбку,В полтуловища возвышается над гостями.Он поскользнется на траве – и судоверфи полыхают,И гости с преувеличенной тоскойОсыпают ударами пригнувшегося Карла.И окуная голову в вино,Официант не держится на ногах,Тогда как гости вокруг полумертвого КарлаВыстраиваются наподобие солнечной системы.

2000–2003

* * *

Одновитязя зверь неизвестен,И праздник случится мирским, беспорядочным,Поскольку ничего не видать,И товарищ уж не товарищ.Помилуй, Господь, матросаВ преддверие трапезы бесконечной,Матрос такой же одновитязь,При нем и зверь бесподобный.

2000–2003

* * *

Разлепляя уста, как половинки апельсина,Отворяли калитку в последний микрорайонИ растаяли струйкою дыма,Каждый рыцарь был ростом с семиэтажный дом.И не стало ни воинов, ни музыкантов…..

2000–2003

* * *

Знаком свыше считали Луну,Маляры, обработчики древесины главенствовали.Ни единого аэродрома вокруг,Голая степь на карте, солончаки.Тюремный зáмок есть последняя граница,И распоследний часовой выцарапывает на камне:«Чтó мы без посадочной полосы,Куда мы без взлетной полосы».

2000–2003

* * *

И некого зачем предупредить,Автомобилем с птичьего полета, хромым коростелемРаспоряжаться по собственному усмотрению,Погода велика. ОдушевленныйПредмет неуязвим.Грядет бездушная замена каруселей,И венгр венгерский запоет внутренним голосом,Прекрасный камень телевизор,Прекрасный город стадион,И венгр венгерский под страхом смерти Венгрию не покинет.

2000–2003