Читаем …Ваш маньяк, Томас Квик полностью

— Я изучил все восемнадцать случаев, — говорит Ханнес. — В том, что касалось здоровья и степени опьянения этих людей, никакой закономерности не просматривалось: некоторые были молодые, другие пожилые, были среди них и женщины, и мужчины, некоторые находились в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, некоторые были совершенно трезвые. Единственное, что объединяло все эти случаи, — что под конец на всех них навалился полицейский или санитар и что они лежали на животе. То есть именно то, чего можно было ожидать, прочтя все медицинские статьи по данному поводу. Знания об этом существовали, но за пределами Швеции.

— Он мог позвонить мне в три тридцать утра, — рассказывает Янне Юсефссон. — «Повреждение семьдесят три у Осмо Валло — с ним что-то не так. Проверь протокол вскрытия!» Я говорил ему: «Проклятье, Ханнес, ты поджигаешь порох с обоих концов». Он отдается делу совершенно маниакально. И в этом его сила.

В 1998 году Янне Юсефссон и Ханнес Ростам были удостоены Большой журналистской премии за свои семь телепрограмм об Осмо Валло. В том же году Ханнес снова получил «Золотую лопату», так как они с Юханом Бронстадом наконец-то дошли до логического конца в вопросе об оружии. Сопоставив два самых секретных реестра Швеции, реестр владельцев лицензий на огнестрельное оружие и реестр тех, кто находится на лечении у психиатра, они показали, что ничто не мешает настоящим сумасшедшим владеть огнестрельным оружием.

Затем у Ханнеса Ростама наступило состояние выгорания. Врач телевидения хотел посадить его на больничный, но Ханнес выбрал «трудотерапию» и сделал серию из трех часовых документальных фильмов о шведской музыкальной индустрии, от «Рок-Рэгги» до «Робин».

В 2000 году Ханнес Ростам воссоединился с Янне Юсефссоном и оператором Бенгтоном Йегерскугом, который снимал и программы об Осмо Валло. Трио отправилось в головокружительную поездку на машине: начав в Сконе, они добрались оттуда до Литвы, далее проехали Чехию, Венгрию, Словению и Албанию и в конце концов оказались в Италии. Отправной точкой для двух документальных фильмов «Траффикинг I» и «Траффикинг II» стало самоубийство шестнадцатилетней секс-рабыни Дангуле Расалайте, бросившейся с моста в Мальмё. Юсефссон и Ростам сели на хвост виновникам этой трагедии, разыскали в Прибалтике родственников погибшей и направились по горячим следам на юг Европы.

Когда Янне Юсефссон рассказывает о своих впечатлениях от Чехии, среди малолетних проституток, вооруженного мачете сутенера и брошенных грудных детей, голос на мгновение изменяет ему.

— Некоторые вещи, которые мы там делали, были попросту опасны для жизни, — рассказывает Ростам. — Как в тот раз, когда я и сотрудница шведского посольства в Будапеште отправились в один из пригородов, чтобы купить девочек «для нашего шведского борделя». Кто знает, что могла вытворить мафия, если бы разоблачила нас? Или когда мы затесались в ряды торговцев людьми в Албании. Там мы легко могли просто пропасть без вести.

После таких крупномасштабных приключений обычные журналистские расследования дома в Швеции выглядели как-то мелко и нелепо.

И тут прямо у них перед носом произошло самое драматичное событие десятилетия: встреча в верхах в Гётеборге вылилась в уличные беспорядки и массовые аресты.

Задним числом активист Ханнес Вестберг, получивший огнестрельную рану, осторожно дал согласие на интервью. Все шведские СМИ хотели поговорить с ним, так что оказаться первым было колоссальной удачей для программы «Миссия: Расследование» — новой передачи шведского телевидения, создаваемой объединенной редакцией из Мальмё, Лулео и Стокгольма.

— Я очень четко представлял себе две вещи, — говорит Ханнес Ростам. — Во-первых, сама тема была полна противоречий. Во-вторых, требовалось время, чтобы сделать это как положено. Здесь ошибка была смерти подобна. В данном случае охватить всю последовательность событий… это была колоссальная проверка.

Янне Юсефссон получил согласие от Ханнеса Вестберга, но в то же время редакция узнала, что журналист одного радикального журнала готовит статью.

— В такой ситуации Янне остановить невозможно, — говорит Ханнес. — Внезапно было принято решение, что передача будет сделана за восемь дней. В результате я заявил: «Янне, журналистика — это пропасть между мной и тобой. Какая разница, кто будет первым? Важно то, что, когда мы опубликуем, все должно быть корректно».

В ту неделю Ханнес Ростам работал 130 часов. Он носился по всей стране, собирая сведения и разыскивая видеозаписи — от любительских до сделанных независимыми группами, — ища ответы на вопросы: сколько выстрелов прозвучало на площади Васаплатсен? В какой момент? Кто стрелял? Когда приближался час выхода в эфир, Ханнес лежал на полу в режиссерской и начисто сорванным голосом давал инструкции монтажеру.