Читаем Варлок полностью

В подмосковную резиденцию Его Величества мы с девочками вернулись уже за полночь на том же самом челноке. В отличие от меня, почти сутки проведшего в заботливых руках светил отечественной науки, красавицы всё это время куковали в зоне отдыха, проводя утомительные часы в спа-салоне, мучаясь неизвестностью в элитном ресторане с французской кухней, надрываясь в бассейне и в зале голографических игровых автоматов, а также страдая в руках умелых массажистов. Так что, глядя на довольные и немного усталые мордашки квартета страдалиц, которым пришлось столько всего пережить из-за моей неблагодарной персоны, меня так и тянуло их пожалеть. Причём всех четверых, потому как показательно выделять малознакомую пока что Евгению Касимову из нашего маленького коллектива показалось не шибко-то правильным.

Во время обратного перелёта мне оставалось только тихо хмыкать и качать головой, глядя на две пары весело шушукающихся между собой сестёр, как будто и не было всего-то несколько дней назад между ними необъявленной холодной войны. Стена, которую, как я понял из объяснений, возвели между Инной и Ниной родственники, желающие взобраться на самый верх политического олимпа страны, рухнула, и сейчас девушки, похоже, спешили выговориться друг другу, навёрстывая упущенное за прошедшие годы время. В общем-то тем же самым занимались и Ленка с Женей, почти с самого детства находившиеся в услужении у цесаревен, а от того вынужденные хранить и оберегать их секреты в том числе друг от друга.

Впрочем, мучения подружек на этом не закончились. Всем им предстояло пострадать за меня ещё немного, на этот раз давясь тортиками и захлёбываясь чаем, потому как сразу же по прибытии мою светлость желал видеть Его Величество император Всероссийский для приватного разговора. Так что возвращение домой немного откладывалось.

Остановившись вместе с Фёдором Игнатьевичем перед знакомыми уже массивными дверями в кабинет императора, я покосился на неподвижных гвардейцев, неподвижными статуями стоящих по левую и по правую сторону от входа. И тот и другой были облачены в боевую броню, аналогичную той, которую подарили мне КГБшники, хотя на первый взгляд узнать эту модель было очень и очень сложно. Видимо, это был какой-то особый, парадный вариант, потому как если я в своих здорово смахивал на какого-то жутковатого демона, то стоящие передо мной бойцы напоминали футуристических рыцарей. Такие изменения внешнего вида были, в общем-то, логичными, потому как в задачи дворцовой стражи не входило пугать своим обликом высших чинов государства в полевых условиях.

Поверенный Его Высочества доложился, хотя я был уверен, что император уже прекрасно осведомлён о нашем прибытии, а затем, пропустив меня внутрь, аккуратно прикрыл дверь.

– Ваше Величество, Кузьма Ефимов прибыл по… – начал было я заранее заученную с подачи Фёдора Игнатьевича фразу.

– Довольно! Виделись уже, – оборвал меня самодержец, раздражённо махнув рукой в сторону одного из установленных перед столом стульев. – Проходи, садись.

– Да-а… – произнёс он, дождавшись, пока я размещусь на указанном месте, поглядывая на один из висевших над его столом голографических экранов, и повторил: – Так вот ты какой, северный олень…

– Как-то «Оленем» быть не хочется…

– Ну, тогда будешь «Аленьким цветочком», – хмыкнул император. – И колер к тому же совпадает. Ну что, Кузьма, могу тебя поздравить, ты не только дочек моих попортил, так ещё и ценное материальное имущество разнёс вдребезги. И что с тобой теперь делать, Аватара ты антиматериальная? Профессор Амангельды теперь с ума сходит. Требует немедленно отдать в безраздельное пользование отечественной науке.

– Не хотелось бы, – я поёжился, вспоминая учёного казаха.

– Вот и мне не хотелось бы, – усмехнулся Его Величество. – А Магомету ты всё-таки поединок слил…

– Кому? – не понял я.

– Магомету Азисовичу Двамалиеву, Аватару аспекта воды, чью виртуальную копию выпустили против тебя под конец тестирования, – пояснил Святослав Андреевич. – Да не хмурься. Знаю, что первый раз с равным встретился, так что здесь расстраиваться нечему, ты ещё хорошо держался. Савелий, так тот почти сразу же сдулся, а ты ничего, молодец! Подрастёшь, опыта поднаберёшься, а там тебя Сафронов быстренько поднатаскает.

Его Величество замолчал, задумавшись о чём-то своём, а затем, покачав головой, пробубнил себе под нос: «Ну надо же… Антиматерия! Третий „глобальный“ аспект на страну…»

– Вот что, – встрепенулся он. – Об аспекте своём пока молчи! Кого надо – я сам в известность поставлю, а остальным будешь говорить, что, как и твой дед – склонен к огню. В документах так и запишем. Главное, чтобы информация к нашим заклятым партнёрам не ушла, а то им она костью в горле встанет, могут попробовать учудить что-нибудь нехорошее.

– Вы про американцев? – осторожно спросил я.

– И про них в том числе, – ответил Святослав Андреевич.

– Тут такое дело, – произнёс я, – мне вроде как к ним под Новый год на суд ехать предстоит.