Оказавшись в безвыходном положении, окруженный тремя живыми, мертвец, по всей видимости, вспомнил о своих людоедских наклонностях. Оскалив пасть, он – когда-то это был мужчина – пошёл на ребят, сжав кулаки так, что на костяшках потрескалась пергаментная кожа. У Сержа задрожали руки и колени, он хотел было бежать, но неожиданно для себя самого с криком обрушился на кадавра и стал наносить удар за ударом. Друзья – как после выяснилось, тоже не на шутку испугавшиеся – не заставили себя долго ждать и бросились на помощь негласно давно признанному лидеру – принялись лупить мертвеца арматурой. Кадавр ревел страшным голосом и пытался отбиваться, закрывал синюшными руками оплывшую морду без носа и с жёлтыми от гноя глазами, а парни били и били и били его, с каждым ударом замахиваясь всё сильнее и ощущая, как место страха занимают азарт и злость. Они буквально размазали того мертвеца по бетону.

Назад возвращались возбужденные и уверенные в себе: «как ты вмазал этому зомбаку, Серж!», «видали, я ему кисть арматурой сломал!», «а я ему глаз проткнул!».

В следующую, четвертую вылазку они до конца убили ещё одного мертвеца. Кадавр был в ошейнике и не пытался сопротивляться. Кадавр устало брел в барак с фабрики, видать после смены. Ребята накинулись на него, когда тот оказался вне зоны видимости постов надзирателей. Окончательное убийство того кадавра не было столь же захватывающим, как в случае с первым мертвяком, но сам процесс «охоты» – несколько раз друзья чуть было не нарвались на надзирателей – пощекотал нервы. Надзиратели, конечно, не сделали бы им ничего плохого, но арестовали бы уж точно и передали городской полиции. Родители вряд ли бы одобрили такое их поведение. Поэтому к пятой вылазке ребята готовились уже самым тщательным образом.

Глава III

Теперь они действовали уже не спонтанно; устроили за периметром «базу», куда стащили разный инвентарь – лопаты, топоры и багры с пожарных щитов из близстоящих зданий; с собой принесли закупленную в городе спецодежду и крепкую спортивную обувь, наколенники, налокотники, скейтбордистские шлемы. Медвед раздобыл запрещённый софт из компьютера отца – высокопоставленного чиновника в ГСБ (Государственной Службе Безопасности), установив который в интерфейс, ребята смогли пользоваться Сетью в обычном режиме, скрывая при этом своё настоящее местонахождение. До того они попросту отключались от МоскоуНета, спускаясь под землю, когда же снова выбирались на поверхность, уже за периметром, оставались «вне зоны действия сети». Но во время четвертой вылазки ребята увлеклись и слишком долго оставались недоступны для связи, заставив родителей волноваться и вызвав нежелательные вопросы. Зимину пришлось тогда признаться, что он снова спускался с друзьями в один из старых коллекторов (что было чистой правдой). За признанием последовали слёзы матери и неприятный разговор с отцом. Медведу и Власову тогда тоже досталось от родителей.

После той неприятной истории, когда всё их предприятие оказалось под угрозой, Зимин и заговорил о «серьёзном походе к делу». «Нам нужно организоваться, – объявил он, – по типу внешников, в отряд, и действовать продуманно». Изложив свои соображения насчёт организации, он предложил сообща распределить обязанности и в дальнейшем строго следовать оговоренным правилам. Посовещавшись, друзья распределили роли: Медвед предложил украсть у отца софт и в дальнейшем обеспечивать информационную поддержку их маленького отряда; Саня Власов взял на себя материальное обеспечение (одежду, спортинвентарь, припасы, медикаменты и прочее нужное); Серж единогласно был назначен командиром – ему достались организация и планирование.

В пятую вылазку «Истребители кадавров» – так они стали в шутку называть свой маленький отряд – «доубили» уже троих. Вот, что значит серьёзный подход к делу!

Вначале они выследили двоих рабочих мертвяков, как и первого работягу, а потом им снова попался мертвец без ошейника (таких ребята условились называть «дикарями»), в том же квартале, где и первый кадавр. Вернее, попалась – эта раньше была женщиной: судя по сохранившейся даже после смерти фигуре, довольно молодой, до тридцати лет. Мертвячка сразу привлекла внимание «Истребителей» странным поведением, будто осмысленным. Она, казалось, что-то искала, держалась в тени деревьев, брела вдоль фасада некогда жилой многоэтажки, то и дело заглядывая в выбитые окна первого этажа. Друзья некоторое время шли за ней, прячась за стволами разросшихся в настоящий лес деревьев и стараясь не шуметь. Когда же до мертвячки оставалось метров пятнадцать, та их заметила и… попыталась сбежать. Странные они, эти «дикие» мертвецы, подумал тогда Зимин.