Читаем Варианты будущего полностью

– Нет уж! – сказала та. – Пускай развлекают Флойда! Тем более, кажется, эта киска, – Аиша посмотрела на Хезер, – придётся ему по вкусу… – Аиша намекнула на гарем Флойда, в котором, по слухам, было не меньше дюжины отборных красоток, похищенных в ближайших поселениях. – Пусть рожает Флойду маленьких ниггеров!

– Нет! Вы не посмеете! – взвизгнула терпеливо молчавшая до этого Хезер. – Я не стану наложницей этого вашего Флойда! Нет!

– Ещё как станешь, – сказал ей на это Лерой. – Куда ты денешься, охотница на ниггеров…

Вечер того же дня, Новый Орлеан, Холли Гров

Пятьдесят восемь лет назад, когда пять русских термоядерных боеголовок ударили по Новому Орлеану и его пригородам, главному городу достались две. Оба взрыва были воздушные – 800 килотонн каждый – и выжгли многокилометровые проплешины в застройке и инфраструктуре города. Русские полностью уничтожили порт на реке Миссисипи и центр города – район назывался Мид-Сити – место скопления офисов компаний и проживания среднего класса. Ещё одна боеголовка взорвалась в шести милях к востоку от порта, над Чалметтом – до Большой Войны неинкорпорированной территорией, однако, бывшим по сути, наряду с расположенным рядом Араби, частью Нового Орлеана, его окраиной на восточном берегу Миссисипи. Там 800-килотонный взрыв полностью уничтожил нефтеперерабатывающий завод и сжёг его окрестности. Другие две боеголовки ударили по военно-морской авиабазе в Бель Чассе и международному аэропорту в Кеннере. Причём, с последней боеголовкой что-то пошло не так, и взрыв получился наземным. Много людей тогда погибло от этих взрывов и вызванных взрывами пожаров; ещё больше умерло позже от радиации; но абсолютное большинство в Луизиане, США и во всём мире замёрзли пришедшей после Холодной Ночью, длившейся в некоторых местах до года. Непривычно низкие для Луизианы температуры убили бóльшую часть животных и растений, полностью истребили птиц. Люди тогда ели трупы родственников, чтобы выжить. А некоторые стали охотиться на живых…

Флойд был потомком тех, кто питались от своих собратьев. Дед и бабка Флойда были людоедами. Мать – тоже была людоедкой, а отца своего Флойд доподлинно не знал – кандидатов было полдюжины. В шайке, в которой он вырос, было восемь мужчин и три женщины, – шестеро мужиков регулярно пользовали трёх баб и двоих педиков, так что, любой из тех мачо мог оказаться папашей Флойда. Из двенадцати детей, с которыми рос Флойд, двадцатилетнего возраста достигли четверо – он, Горбатый Билл и ещё две девки – Нина и Мишель. Остальные умерли от болезней, были убиты взрослыми или лишились жизни в схватках со сверстниками. Часто этим самым сверстником-убийцей оказывался Флойд, к шестнадцати годам вымахавший под восемь футов и имевший в ширину не менее трёх. Сам он считал себя мутантом, почти как Халк из комиксов, только чёрный. Видать, радиация как-то повлияла на бабку и мать Флойда, вот и получился он такой: большой и сильный. Флойд с детства любил комиксы. Чтобы понимать, о чём говорили герои с картинок, Флойд даже научился грамоте, и теперь был едва ли не единственным на Новоорлеанских болотах, кто умел читать, писать и считать. Практически интеллектуал. Да что там! Учёный! У Флойда и лаборатория была, в которой он изготовлял мет и другие забористые вещества, которыми упарывался сам и премировал наиболее отличившихся подданных, коих, не считая баб и сопляков, под рукой Флойда собралось два десятка.

Флойд был настоящим королём Нового Орлеана.

С юных лет Флойд усвоил для себя простую истину: если хочешь быть главным, сделай так, чтобы тебя боялись. И он сделал. Причём, боялись его не какие-нибудь бородатые фермеры с Пустоши, рыбаки или кожаные полупидоры в байкерском прикиде, которых все зовут рейдерами, а самые отъявленные подонки и отморозки во всей Луизиане, которых вышеназванные слизняки именовали не иначе как психами. Стоило кому-либо из психов прогневать Флойда, и с неудачником происходили поистине страшные вещи, историями о которых рыбацкие мамки ещё долго будут пугать своих детишек.

Этим вечером Флойд с Горбатым Биллом и дюжиной подручных головорезов пришли к перекрёстку Эрхарт-бульвар и Гамильтон-стрит, чтобы выяснить, какого хрена там могли делать рыбаки из Ривер Ридж, которых его люди видели там пару часов назад. И каково было удивление Флойда, когда он увидел привязанных к светофорным столбам трёх баб! Две снежинки и мулатка. Одна толстая, с рыжими косичками, похожая на свинью. Едва увидев эту хрюшку, Флойд сразу определил её на барбекю. Вторая – тощая как доска, с крысиной мордой и окрашенными в фиолетовый цвет патлами. С её судьбой Флойд решил определиться позже, поскольку там ни есть, ни трахать было нечего. А вот насчёт мулатки у Флойда не возникло сомнений. Однозначно в гарем! Да ещё и эта табличка над ней…