Читаем Вариант «Бис». Вариант «Бис-2» полностью

В секундную паузу, длиной в три удара сердца, оглушительная, ватная тишина наполнила комнату, а затем воздух вдруг взорвался десятками отдаваемых во всех направлениях команд. Приказы, впитанные телефонными мембранами, ушли по проводам и через неуловимые хронометрами мгновения по цепочке взрывающихся химическими сигналами натянутых ожиданием в струну нервов добрались до мозга башенных командиров, замкнув отработанный до безусловного рефлекс выполнения команд. И еще раз – по нервам членов расчетов, превратив цепочку запущенных одним словом сигналов во вспышку бездымного пороха в каморах стволов пяти-с-четвертьюдюймовых орудий. Рявкнув, универсальные установки правого борта на флагманском линкоре выпустили первые снаряды, за ними последовали залпы идущих в кильватере «Кинг Джорджа» с «Энсоном». Через сорок секунд сияющие огненные шары с треском лопнули над двумя головными русскими кораблями, беспощадно осветив их анатомическим белым светом. Тут же был дан первый бортовой залп главным калибром. Четырнадцатидюймовые снаряды британских линкоров не успели покрыть и половину расстояния до лежащих как на ладони русских кораблей (если можно употребить это выражение по отношению к объектам, находящимся в двадцати двух километрах), как по смутным профилям линкоров противника вдруг пробежали различимые даже на таком расстоянии блестки красно-желтых огоньков – русские открыли огонь. Выражение злобной нетерпеливой радости у флаг-офицера адмиральского штаба за одну секунду сменилось на испуг: из безнаказанного профессионального убийства бой за одно мгновение превратился в поединок равных противников, и хладнокровие только что казавшихся беззащитными русских не могло не пугать.

На шедшем третьим «Энсоне» после первого же залпа главным калибром в кормовой четырехорудийной башне перекосило стояк, поддерживающий лотки подачи снарядов, сведя пять снарядов в его первом залпе к трем уже во втором. Командир не захотел, да и не имел большой возможности доложить об этом Муру, и распределение целей осталось тем же: два головных линкора концентрировали огонь на головном русском, «Энсон» должен был заняться вторым линкором. Британцы успели дать еще один залп, когда в воздухе повис раздирающий уши вой приближающихся снарядов. Звук проникал сквозь самоубийственно тонкую сталь противопульного бронирования боевой рубки[133] как через бумагу, заставляя пригибаться, закрывать глаза, бороться с желанием лечь ничком и закрыть голову руками, чтобы только не слышать этого невыразимого кошмара. Не выносимый никакими нервами визг достиг максимума и оборвался совсем рядом, глухим ревом и дробью тонких перестуков за ним, когда три огромных, выше клотиков мачт, столба черной воды выплеснулись из океана в двух сотнях ярдов перед носом «Герцога» и еще три – между ним и «Георгом Пятым». Прицел противника, неизвестно сколько времени настраивавшего свою оптику, по самоуверенному флагманскому линкору и его мателоту был безупречен, корабли выручило лишь снижение скорости хода. Впрочем, первый залп британцев тоже пропал даром – оба русских корабля, развернувшись, рванулись вперед, буквально выпрыгнув из освещенной зоны, куда через полминуты рухнули полтора десятка бронебойных снарядов. Растянутая во времени игра началась.

Левченко и Иванов не были единственными людьми на корабле, кто вполне понимал всю шаткость развивающейся ситуации. Удачное использование радара дало им неоспоримое моральное преимущество в завязке боя, но три к одному – это три к одному, и одной передовой идеологии недостаточно, чтобы уравнять вес залпов. Американцы ввели специально для таких случаев показатель, названный ими «Поправка на „И“», что, собственно, означало «на Иисуса». Фактически это было то, чего всегда не хватало старой формуле боевых коэффициентов Джейна. Сейчас судьбой команд советских кораблей непосредственно распоряжались двое: во-первых, несомненно, Иисус (чего, разумеется, в трезвом уме вслух никто бы не признал), а во-вторых, Бородулин, который, запершись в центральном артиллерийском посту, манипулировал шестой частью экипажа, кончиками пальцев перекидывая «ленивчики» тумблеров.