- Заметила, что Гришка деловой весь и до денёг падкий. Вот и дала ему копеечку. Авось, думаю, поможет. Он и помог: притащил втихаря бутылочку нам с Глашей. В доме ведь горячительное-то под запретом строгим. Марфа Прокофьевна, как коршун, следит за порядком. Поэтому из-под полы все дела делаются.

- Значит, вино нужно. Напоим Глашу, чтобы она нам про Шатуновскую рассказала и, если что, отдала её миниатюру?

- Ага. А иначе толку не будет.

- А ты молодец, Анют, что такое выяснила.

- Ой, не могу никак привыкнуть, што вы меня ласково именем моим зовёте, - зарделась Аня, - я для дела нашего старалася. Хотела про змору чего-нибудь разведать. Тока не удалось ничего, к жалости. К сажу... к сужу...

- К сожалению. Это ничего. Поговорим с ней ещё раз. Может быть, и выясним что-нибудь интересное.

- Вот и моя чуйка подсказывает, что она знает чего-то! У меня чуйка на диву верная!

- Только со зморой она тебя у озера подвела, - совсем беззлобно заметила Варя. Но увидев, как Аня опустила голову, тут же добавила: - Нет, я верю тебе, Анют. Мне тоже мой внутренний голос подсказывает, что этот портрет странный, зловещий какой-то. Мне кажется, после того, как восстановлю его, многое прояснится. Истина откроется. Только прежде чем за работу браться, я должна как можно больше понять про Шатуновскую. Ведь я буду писать ее лицо почти с нуля. А глаза и вовсе - зеркало души. Хочется в эту душу заглянуть. Звучит, как глупость. Может быть, это и пустое. Но проверим еще. Давай так: ты найди Глашу и приведи её к нам в комнату, а я за вином схожу.

- Вы же с Гришкой ругались с утра. Боюся, он и за деньги теперича вам ничего не достанет.

- Ха, нужен мне больно этот Гришка! Разберусь без него, не волнуйся. Главное, приведи Глашу к нам.

...Гриша стоял, подбоченясь, и нагло смотрел на Варю в упор, даже не моргая.

- Так знамо у вас разболелося горло и вы лечиться надумали?

- Да, - прохрипела Варя, - не видишь разве, что худо мне совсем. Я простыла от сквозняков, видимо.

Она кашлянула, в кармане приятно звякнули монетки.

- А с утра здоровее всех здоровых выглядели! Оно как резко скрутило-то вас!

- Будто не знаешь, как бывает при болезни внезапной, - повысила Варя голос. И, испугавшись его звонкого звука, тяжело и старательно закашлялась.

- С такими кашлями до утра не дотянете.

- А я тебе про что говорю.

- Горло сорвёте. Оно тогда и вправду заболит.

- Гриша, не морочь голову. Достанешь?

В ладони у Вари блеснула монетка.

- Достану. Только за тюфяк новый ещё прибавьте.

- Ах ты! Из принципа не дам больше.

Варя демонстративно развернулась и зашагала прочь.

Ну и жук! Другой способ найду вино раздобыть.

Спустя несколько шагов её нагнал Гриша и, выхватив монетку из руки, деловито проговорил:

- Куда лекарство доставить прикажете?

- В нашу с Аней комнату!

Гришка отсалютовал и убежал, сверкая пятками.

Варя сердито погрозила ему в спину кулаком. Но, даже не успев разжать пальцы, замерла, услыхав шаги за спиной. Сердце заколотилось в груди, как сумасшедшее, кровь ударила в голову. Она так разволновалась, догадавшись, кто к ней приближается, узнав его поступь, что чуть не грохнулась в обморок. Обернулась и увидела всего лишь местного егеря, который шагал на кухню с дичью в руках. Облегченно вздохнула, поздоровалась. И, приказав себе не сходить больше с ума, спокойно и чинно пошла по коридору в свою комнату.

Служанка в сером платке, с простым круглым лицом сидела на краешке Вариной кровати, положив натруженные руки на колени. Когда Варя переступила порог, Глаша подняла на нее карие глаза. В них читалось плохо скрываемое нетерпение.

Варя кивнула.

- Приятно познакомиться лично, Глаша.

- И мне, Дарья Владимировна. А где обещанное-то?

- Скоро доставят. Не волнуйся.

- Просто так ничего не скажу!

- Разумеется.

Только бы Гришка этот не подвел!

Глава 13 Чертовщина

Вино на берёзовом соке оказалось таким вкусным! Мягким и сладким.

Возможно, его настаивали с мёдом? Скорее всего.

Варя пригубила совсем немного. Однако приятное тепло разлилось во всём теле, а к лицу так и приклеилась улыбка. Глаза Глаши и Ани тоже блестели. Время для откровенного разговора пришло.

— Значит, барыня твоя бывшая любила тебя, говоришь?

— А то! Я у нею правой рукою была, — Глаша подняла левую руку и махнула ей в воздухе.

— И делилася даже с тобою разным? — пытаясь говорить внятно, Аня то и дело смешно складывала губы трубочкой.

— Делилася! Расскажу, бабоньки. Тока по секрету. Я знаю, вам для делу, чтобы портрет её...

— Восстановить, — подсказала Варя, подливая в Глашкину жестяную кружку вино из бутылки, перемотанной джутом.

— Ага. Так вота. Барыня с норовом у нас была! Девок дворовых жутко всегда бранила да лупила. Но меня никогда не трогала. А в хорошем настроении доброю даже казалася. Всё время шуточки, прибауточки говаривала какие-нибудь. Я от неё многим присказкам-то выучилась. Сейчас забывать их стала.

— Поговорки любила, значит? — с интересом спросила Варя. — Умная была твоя барыня?