Читаем Varia полностью

Отражается в человеческом сознании то, что отражаемо, имеет свойство отражаемости. Вот истинная… [нрзб.] и обусловленность сознания им самим, то есть по существу реальной вещью вне нас (поскольку она сходится с субъектом), поскольку она, вообще говоря, отражаема. Значит, вы стоите на трансцендентальной точке зрения и признаете какую-то недоступную нам вещь в себе! Да вещь в себе нам недоступна, ибо она еще вовсе не вещь или уже не вещь. Познаваема только вещь для себя, вещь, ставшая собою, а вся остальная протоплазма этого мира только опосредованно[познаваема] через нее.

Не мы отражаем предмет («инструментальный разум»), а он отражается в нас. Мы же отражаем его лишь в том смысле, что intellectus ipse11 обладает способностью заставлять вещи отражаться в нас, то есть создавать себе зеркала, посредством которых он сам становится зеркалом. Как возможно поставить вещь в положение зеркала других вещей! Вот проблема активного и адекватного сознания. Вот что значит рассматривать предмет не только в форме объекта, но и в форме субъекта, практически.

Практика должна сделать объект субъектом, должна раскрывать в нас его субъективные свойства, иначе говоря, сделать его зеркалом.

Апория опыта, наполняющая наше сознание («нет ничего в нашем уме…»), intellectus ipse, необходимы для того, чтобы идентифицировать любую вещь опыта. Не то, чтобы разум познавал только самого себя, то есть то, что заранее в нем есть. А то, что он должен быть прежде, чем его может создать опыт. Решение априори – материальная деятельность, поворачивающая предмет опыта в идентифицирующее состояние, поскольку, разумеется, он сам способен идентифицироваться таким образом в нас.

Ни частный опыт, ни апперцепция ума, а апперцепция самого объекта, способного быть в нас, субъективно.

Находить говорящие ситуации – это человеческая практика или искусство. Это другая сторона дела. Здесь круг, взаимодействие решается привычкой, ростом субъективно-познавательного начала в практике. Ср[авните] мысль Аристотеля о привычке.

Если со стороны человека важную роль играет понятие привычки или искусства в широком смысле слова, то со стороны объекта также есть нечто подобное das Werdenn. Но и в том и в другом случае нельзя обойтись без растущего сокращения периода обращения и ухода в бесконечность.

А то, что понятие зеркала раздвигается, совершенно естественно. Ведь при всех соприкосновениях дифференциал между объективным и субъективным миром неустраним. Таким образом, на стороне каждой из этих гемисфер есть зеркало или особая его сторона – с преимуществом для объективной стороны в смысле причины и субъективной в смысле «совершенства», causa finalis13. Задача мира состоит в том, чтобы причинно-детерминированное сознание, продукт этого мира, примкнуло через прерогативные инстанции к более широкому содержанию мира и замкнуло его в себе.

Когда я говорю, что слепое сознание, примыкая к более широкому объективному содержанию, становится шире самого себя, становится адекватным и истинным, это так. Но каким образом становится возможным это примыкание в отличие от простого выражения? Только через особые субъективные состояния мира = идеи, дух вещей, глаголющий нашими устами, но и нуждающийся в них.

Это последнее также требует диалектического анализа – ведь для-себя-бытие предмета должно быть понято, след[овательно] доведено до более субъективного состояния в сознании. Его субъективность отчасти вне его, вопреки ему. Это также м[ожет] б[ыть] понято лишь как практика, материальное развитие под знаком сознания субъективных состояний, духа вещей.

Из других папок

Из истории эстетической мысли

Античная идея: «произведение выше творца», он только демиург, общественный слуга, «и средь детей ничтожных мира…» (1[первый тезис]).

Лишь в конце античности подъем творческого гения (2[второй тезис]). Но с объективным миро-содержанием.

А ведь эта идея (1) – прообраз позднейшей мысли о том, что в творчестве «сказывается» что-то объективное вопреки ограниченности человека. Развитие этой «модели», «топоса» через реальное унижение творца (с развитием цивилизации). Но еще до того в поэзии – муза, внушение муз. То же – даймон (ср[авните] «демоническое»). Объективность духа (пневма), в активно-личной форме боги, дающие эйдосы, у Демокрита «впечатление».

Постоянное 2d

Перейти на страницу:

Похожие книги

Философия
Философия

Доступно и четко излагаются основные положения системы философского знания, раскрываются мировоззренческое, теоретическое и методологическое значение философии, основные исторические этапы и направления ее развития от античности до наших дней. Отдельные разделы посвящены основам философского понимания мира, социальной философии (предмет, история и анализ основных вопросов общественного развития), а также философской антропологии. По сравнению с первым изданием (М.: Юристъ. 1997) включена глава, раскрывающая реакцию так называемого нового идеализма на классическую немецкую философию и позитивизм, расширены главы, в которых излагаются актуальные проблемы современной философской мысли, философские вопросы информатики, а также современные проблемы философской антропологии.Адресован студентам и аспирантам вузов и научных учреждений.2-е издание, исправленное и дополненное.

Владимир Николаевич Лавриненко

Философия / Образование и наука
Падение кумиров
Падение кумиров

Фридрих Ницше – гениальный немецкий мыслитель, под влиянием которого находилось большинство выдающихся европейских философов и писателей первой половины XX века, взбунтовавшийся против Бога и буквально всех моральных устоев, провозвестник появления сверхчеловека. Со свойственной ему парадоксальностью мысли, глубиной психологического анализа, яркой, увлекательной, своеобразной манерой письма Ницше развенчивает нравственные предрассудки и проводит ревизию всей европейской культуры.В настоящее издание вошли четыре блестящих произведения Ницше, в которых озорство духа, столь свойственное ниспровергателю кумиров, сочетается с кропотливым анализом происхождения моральных правил и «вечных» ценностей современного общества.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Фридрих Вильгельм Ницше

Философия