Викеня послушно лег на спину, а я его красной полосой на голенях занялся. Кровить из проколов на коже стало сильнее, но это меня сейчас уже мало волновало. Пройдет — не родимое. Так тут, в Вятской губернии говорят.

Когда я уже последние туры бинта на левую ногу парня накладывал, а правая уже свежей повязкой белела, князь меня за плечо тронул.

— Уходить надо. Смотри.

Я поглядел, куда он рукой указывал.

Желтый туман с места сдвинулся и его граница на глазах к нам приближалась.

Глава 14

Глава 14 А туман-то — расползается всё больше…

Не мы ли его приманили?

Стояла, стояла себе граница желтого тумана тихо-мирно, со своего места не двигалась, а подошли мы — она и перемещаться начала.

Ещё и неведомый обитатель этой желтизны нами обижен оказался — щупальца своего лишился. Оборвалось оно у него в том месте, куда наши пули попали.

Викеня сел, а потом на ноги подняться попытался. Получилось у него это плохо — чуть он не упал, хорошо я успел его подхватить.

— Лежи давай, куда ты! — остановил я парня. — Рано тебе ещё вставать.

— Я сам могу, Нинель Иванович…

— Может он! Лежи давай! Умный какой.

Не надо парню вставать, носилки бы для него найти… Слаб он ещё.

Я огляделся по сторонам. Само-собой нужного медицинского инвентаря тут на мосту не имелось, но можно же чем-то его и заменить…

Так. Тачка. Видно на ней тут что-то возили, а сейчас она перевернутая вверх дном лежит. Ну, а что — прекрасно для Викени подойдет, прокатим парня до машины с ветерком…

— Подойдите сюда! — крикнул я красноармейцам. Они уже почти бежать на мост намылились — никому в туман попасть не хотелось. — Товарища нашего надо на тот берег перевести.

Я указал бойцам на тачку. Пояснять что-то дополнительно не потребовалось. Викеню бережно погрузили на транспортное средство и во весь дух покатили по мосту.

— Эй, осторожнее! Не уроните! — уже вслед охранникам прокричал я.

Берег Вятки, по которому на нас надвигался туман, я и князь покинули последними.

— Смотри, Иван, что делается.

Александр Владимирович протянул мне бинокль.

Господи! Из тумана в нескольких местах торчали щупальца, подобные тому, что Викеню схватило. Они извивались по-змеиному, время от времени касались земли — как будто что-то искали, найти и схватить пытались.

— Пойдемте отсюда, князь. Что-то всё это мне очень не нравится.

Александр Владимирович принял от меня свой бинокль и мы торопливо зашагали к мосту. Нечего нам здесь больше делать.

Когда мы подошли к автомобилю, Викеня уже был на диванчик усажен, что имелся позади водительского места. Рядом с нашей машиной охранники моста топтались, видно ждали, когда их с поста отпустят. Впрочем, уйти им князь ещё раньше разрешил, они, как сами сказали, парня одного оставить не хотели — вдруг ему снова плохо сделается, а помочь и некому…

Мы, я и князь, их немного ждать заставили, так как на берегу задержались. Посмотреть решили, что будет когда туман до реки дойдет. Остановится? По мосту на нашу сторону двинется?

Туман остановился у края воды. По мосту водную преграду форсировать не стал.

Ну, хоть что-то его задержало…

— Не любит он мосты, Нинель Иванович, — поделился своими мыслями со мной князь.

— Не любит, — разделил я его мнение.

Увидев нас, старший караула сделал шаг вперед.

— Мы, это, уходим?

— Да, уходите, — разрешил покинуть пост у моста князь. — Спасибо за службу, ребятушки.

Сколько лет уже при новой власти мы живем, а ещё проскакивало у Александра Владимировича старорежимное… Трудно старого медведя новым танцам выучить.

Управлять автомобилем Викеня сейчас не мог, но это — меньшая из бед. Я и князь вполне приличными водителями были, а что парня за руль усадили, так только для совершенствования его умений. Не поездишь — не научишься.

— Сам поведу, — отстранил меня от места водителя князь. — Скоро разучусь — всё с водителем, да с водителем.

Во как… Тут такие дела творятся, а он шутить не перестает. Впрочем, это и не плохо.

Через версту, даже чуть меньше, мы остановились на взгорке. Князь всё же решил понаблюдать — а вдруг туман через мост двинется? Будучи на нем, он же с водой не соприкасается? Не соприкасается. Вот и поглядим, умеет ли он так двигаться.

Стояли пол часа — желтый туман в берегу как гвоздями прибили. Нет ему ходу по железнодорожному мосту. Я записал это туману в минус, а нам, людям — в плюс. Должно же быть что-то хорошее, а не только одни беды и несчастья.

Пока мы с высокого места за границей тумана наблюдали, князь опять карту на капоте разложил. Измерял на ней что-то линейкой, на бумажке циферки писал.

Когда Александр Владимирович закончил свои вычисления, веселья в его взгляде не прибавилось.

— Рассчитывал примерную скорость перемещения границы тумана, — ответил он на мой немой вопрос. Считать его с моего лица сейчас труда не составляло. — Дело, Иван, плохо. Сейчас в Низяны возвращаемся. С Иосифом Виссарионовичем надо срочно переговорить.