Читаем Вампиры. Путь проклятых полностью

Тем временем постоялица уже развязывала свои узлы, хозяйски осматриваясь по сторонам. Рассеянный свет чертил глубокие тени на ее лице немолодом, узком, костистом. Она сняла с головы темный платок с длинными кистями — волосы были неожиданно светло-русые, контрастируя с яркими черными глазами. Марушка чуть не вздрогнула, когда эти глаза остановились на ней, улыбка намертво приклеилась к ее напряженному лицу.

— Красавица, — повторила женщина со своим чужеземным акцентом. Садись. Венцик — он черненьких любит, очень любит… А я тебя вот хоть сейчас всему научу, ведь одной красоты мало, что ты сможешь при одной красоте? А наука небольшая, только смотри…

Марушка смотрела. Нежилая комната менялась с фантастической быстротой, и невозможно было уследить за стремительными движениями узких рук незнакомки. Темное покрывало завесило окно, свеча многократно отразилась к веренице зеркал, из угла в угол протянулись гирлянды пучков сухих, пряно пахнущих трав. На столе возникли десятки причудливых склянок, мешочков с вышитыми на них непонятными знаками, деревянных и костяных амулетов на длинных шнурках. Это же колдовство, осознала Марушка и вздрогнула, заметив в углу стола высушенное крыло летучей мыши с хищно скрюченными коготками. Но особенно жуткими были две свисающие с веревки девичьи косы — одна русая, а другая темно-каштановая, почти в тон Марушкиных волос. Как это можно отрезать косу у живой девушки — или?…

Марушка смотрела, как загипнотизированная, только смотрела — слова женщины не доходили до ее сознания. Это ведьма, это колдунья — что она делает в их доме?!

— …а хлебнете этого отвара — и снова будет у вас тишь да гладь, выплыл из далекой глубины спокойный, напевный голос. — Запомнила травы?

Марушка встрепенулась и кивнула. Бежать, скорее бежать отсюда! Но женщина подошла ближе и взяла ее за руку.

— А ежели кто погубить тебя захочет, при такой красоте всякое бывает не медли, возьми его волос, просунь в отверстие и завяжи двойным узлом. Тут и смерть твоему врагу. Вот так, — держа между пальцами левой руки маленький плоский амулет, похожий на рыбку с дырочкой вместо глаза, они посмотрела по сторонам, словно отыскивая пристальным взглядом волос врага, которого надо немедленно осудить на смерть. Марушка замерла, огоньки отраженных свечей поплыли у нее перед глазами, смешиваясь с ароматом дурманящих трав. Она едва держалась на ногах.

— Иди, — сказала чужеземка. — Завтра продолжим.

И Марушка опрометью бросилась бежать, сжимая в кулачке отполированную рыбку с маленьким круглым отверстием.

* * *

— Пусть она уйдет, мама! Я прошу…

— Что ты такое говоришь, Марушка, я уже взяла ее на постой.

— Но ведь она колдунья. Зайдите в ее комнату, мама, посмотрите… Она ведьма! Она же может нас убить, если захочет…

Марушка металась по комнате, в ее карих глазах дрожали слезы. Мать подошла к ней, обняла за плечи, усадила на табурет. Марушка по-детски спрятала голову на ее груди.

— В разных краях — разные обычаи, — говорила мать, ритмично поглаживая пушистые Марушкины волосы. — В той стране, где она родилась и выросла, девушек обязательно учат ворожбе. Вот она и решила научить тебя, глупенькую — а ты испугалась…

— Мама… Марушка подняла залитое слезами лицо. — Но зачем это мне? Ведь я же не поеду в ту страну…

Молчание длилось какую-то неуловимую секунду — и все-таки это было молчание. Мать села рядом с Марушкой и пристально посмотрела ей в глаза.

— Ты уже взрослая, — наконец, сказала она. — Тебе лучше знать заранее. У этой женщины есть сын, его зовут Венцеслаус, по-нашему — Венцеслав. Он скоро приедет сюда, — она сделала паузу. — Он хочет жениться.

Губы Марушки полуоткрылись, в глазах промелькнуло изумление, страх, протест, тонкие брови образовали на лбу страдальческую складку — но через мгновение она разгладилась, и лицо стало отрешенно-спокойным.

— Венцеслав, — мечтательно прошептала девушка. — Красивое имя.

* * *

Марушка сидела у окна. Обманчивое солнце не грело на улице, но стекло было совсем теплым, и Марушка прикладывала к нему нежные ладони. Венцеслав… Он должен быть большим, таким высоким и широким в плечах, а глаза у него должны быть синие-синие… Нет, скорее всего, у него черные, материнские глаза. И, конечно же, он не военный…

Марушка знала, что мать мечтает увидеть ее замужем. Особенно теперь, когда умер отец… Мать права. Самые несчастные на свете девушки — те, что не вышли замуж. Ей это не грозит, она будет счастлива… Венцеслав.

За рекой, за рекой есть большая страна,

За рекой, за рекой есть чужая страна…

Стекло мелко задрожало, и Марушка вскинула глаза. Подпрыгивая на камнях, по дороге промчался двуконный экипаж. Он почти тотчас исчез из виду, но, судя по звуку, остановился, и где-то совсем недалеко. Внезапное любопытство охватило Марушку, она встала и направилась в прихожую — но живой вихрь пронесся мимо, оттеснив ее, заставив прижаться к стене.

— Венцик!!!