— Нет, сеньор, она очень торопилась и спросила меня, где она может найти мистера Коннолли. Я сказал ей. Надеюсь, все в порядке?

Пирсон выругался про себя. Такого потрясающего невезения он представить себе не мог. Мод Уайт оказалась женщиной более решительной, чем намекал Коннолли. Каким- то образом она вычислила, куда он сбежал, и то ли гордость, то ли желание, то ли оба эти фактора, вместе взятые, заставили ее последовать за ним. То, что она приехала именно в этот отель, было неудивительно. Все англичане на Сирене выбирают почему-то его.

Поднимаясь вверх по дороге к вилле, Пирсон боролся со все возрастающим чувством бесполезности своих действий. Он понятия не имел, что он будет делать, когда встретится с Коннолли и Мод. Он просто ощущал неясный, но настойчивый импульс поспешить на помощь. Если он сможет перехватить Мод прежде, чем она доберется до виллы, то, возможно, сумеет убедить ее, что Коннолли болен и ее вторжение лишь повредит ему. Но так ли это? А если между ними установились прежние отношения, и ни он, ни она не имеют ни малейшего желания видеть его?

Они разговаривали на ухоженном газоне перед виллой, когда Пирсон влетел в ворота и остановился, чтобы перевести дух. Коннолли отдыхал на кованой железной скамье под пальмой, Мод ходила взад и вперед в нескольких ярдах от него. Она о чем-то с ним говорила, слов на таком расстоянии Пирсон услышать не мог, но, судя по интонации, догадался, что она его уговаривала. Ситуация была слишком неопределенной, но пока Пирсон стоял, размышляя, подойти ему или нет, Коннолли поднял взгляд и увидел друга. Его лицо, лишенное всякого выражения, походило на маску. В нем не угадывалось ни адресованного Пирсону приветствия, ни нежелания его видеть. Проследив взгляд Коннолли, Мод тоже посмотрела на Пирсона, и в первый раз он увидел ее лицо. Мод была действительно красивая женщина, но отчаяние и гнев так исказили ее черты, что она выглядела персонажем из какой-то греческой трагедии. Она страдала не только от того, что ею пренебрегли, но и потому, что она не понимала причины такого пренебрежения.

Появление Пирсона сработало как сигнал к действию: с трудом сдерживаемые чувства выплеснулись наружу. Мод резко повернулась на месте и бросилась к Коннолли, который продолжал наблюдать за ней с отсутствующим лицом. Секунду Пирсон не видел, что она делает, затем в ужасе закричал:

— Осторожно, Рой!

Коннолли двигался с удивительной скоростью, словно внезапно вышел из состояния транса. Он схватил Мод за запястья, произошла короткая стычка, и вот он уже пятился от нее, завороженно глядя на что-то в своей ладони.

Женщина стояла без движения, парализованная страхом и стыдом, прижав костяшки пальцев ко рту. Коннолли крепко сжимал пистолет в правой руке и любовно поглаживал его левой. Мод издала глухой стон.

— Я только хотела попугать тебя, Рой, клянусь тебе.

— Все в порядке, дорогая, — сказал Коннолли мягко. — Я верю тебе, не переживай.

Его голос казался абсолютно естественным, он повернулся к Пирсону и улыбнулся ему своей старой, мальчишеской улыбкой.

— Так вот чего он ждал, Джек, — сказал Коннолли. — Я его не разочарую.

— Нет, — выдохнул Пирсон, белый от ужаса. — Не надо, Рой, ради Бога!

Но Коннолли не слушал уговоров друга, он уже подносил пистолет к виску.

И в этот самый момент Пирсон с ужасающей ясностью осознал, что Омега реален и будет теперь искать новое обиталище.

Он не увидел вспышки и не услышал звука выстрела. Мир, который он знал, ушел из его сознания, и вокруг клубился плотный, заворачивающийся спиралью туман. Из центра этого пространства без стен, заполненного голубым туманом, на него смотрели два огромных, лишенных век глаза. В их взгляде ощущался удовлетворенный покой, вот-вот готовый перейти в чувство голода.

Роберт Силверберг

ВАМПИРЫ КОСМИЧЕСКИХ ГЛУБИН

Первое сообщение о том, что вскоре было названо Нашествием Вампиров, поступило в штаб-квартиру Агентства безопасности Терры через час после нападения. Произошло это и июня 2104 года. Заместитель начальника агентства Нил Гарриман занимался рутинными делами, когда в кабинет ворвался курьер с инфокапсулой в броском красно-желтом футляре, означающем высший уровень срочности.

Гарриман протянул к капсуле большую руку.

— Это откуда?

— Сан-Франциско. Только что получили по симультанному визифону. Помечено как чрезвычайно срочное и специально для вас.

— Хорошо, — сказал Гарриман.

Щелчок переключателя погрузил кабинет в темноту и одновременно опустил из потолочной ниши экран. Гарриман открыл футляр, отправил капсулу в визир и поднял глаза на курьера, с любопытством ожидавшего продолжения. Гарриман гневно нахмурился. Слова были излишни: курьер сглотнул, облизал губы и, пятясь спиной, испарился из кабинета, так и не узнав, что содержалось в срочном сообщении.

Оставшись один, Гарриман нажал на кнопку старта. Микролента заскользила, разматываясь, перед фотонным фасеточным глазом визира. В дальнем углу кабинета, блестя и переливаясь естественными красками, возникло изображение.