Читаем В западне полностью

– Спасибо.

Джудит Льюис стояла и слушала с выражением живого внимания, как малыш, помогая руками, рассказывал ей о своем горе. Она наклонилась, утерла ему слезы и потрепала по волосам. Когда она это делала, полы ее пальто коснулись земли и испачкались в грязи. Однако, заметил Лиаракос, это ее не обеспокоило.

Наконец, ребенок улыбнулся и убежал к своим приятелям.

– Привет, Джудит.

Она повернулась и, увидев его, выпрямилась.

– Привет, – без всякого энтузиазма произнесла она. Затем встала вполоборота к нему, чтобы не упускать из виду детей. Он подошел и встал рядом, продолжая тоже смотреть на них.

– Как провели праздники? – спросил он.

– Прекрасно. – Голос звучал твердо, но безразлично. Она взглянула на часы.

– Чудесные детишки.

– Перерыв закончится через три минуты. Говорите, с чем пришли.

– О'кей. Этот кубинский генерал Саба знает достаточно, чтобы Альдана получил срок. И он не перестает говорить – облегчает душу. Я читал стенограммы его допросов. Если обвинению удастся сделать его свидетелем, они смогут добиться обвинительного приговора.

– Зачем вы все это мне говорите?

– Разве не ясно?

– Я не собираюсь возвращаться к вам на работу, мистер Лиаракос. Я думала, что ясно дала это понять.

– Что вы ясно дали понять, так это то, что приняли Чано Альдану за воплощение зла и считали, что его следует изолировать от общества, чтобы избежать дальнейших убийств, террора, торговли наркотиками, чтобы они больше не губили жизнь как взрослых, так и детей, таких, как эти.

– Насколько я припоминаю, вы ведь почти все правильно поняли, мистер Лиаракос, – кисло произнесла она. – Как всякий обеспеченный, удачливый преступник, Альдана, конечно же, получит наилучшую юридическую защиту, какую только можно у нас купить за деньги. И это, конечно же, вы. И если вы хотите за особую плату водить за нос и мистифицировать судей – это дело вашей профессиональной этики. Потом вы вернетесь в вашу благополучную семью, съедите изысканный обед и дадите отдохновение своей утомленной душе – долг выполнен. Вы ведь такого поворота ожидали? О, я не забыла наш последний разговор, мистер Лиаракос. И думаю, что никогда не забуду. Он полностью развеял сомнения, мучившие меня все эти годы в юридическом колледже и после, во время моей практики.

Прозвенел звонок. Все дети бросились к двери.

– Если вы... – начала она, но он прервал ее.

– Я пришел просить вас вернуться на работу.

Она молча смотрела на него до тех пор, пока двор не опустел и последний ребенок не исчез внутри дома.

– Послушайте, профессия юриста – это не только Чано Альдана и ему подобные. Кто-то ведь должен оказывать помощь и всем тем униженным и обездоленным, кто просто нуждается в ней, кто не может постоять за себя. Нужно, чтобы справедливость восторжествовала. Поэтому вы пошли в юридический колледж, разве не так?

– Да, так... – произнесла она тихо. Затем подняла полу пальто и стряхнула прилипшую грязь.

– Где, по-вашему, вы наберетесь опыта, чтобы помочь этим людям? Вы получите его, ежедневно бывая в суде, ведя изнурительную борьбу с прокурорами и судьями. Чтобы защитить невиновного, нужно знать, как обращаться с этой системой.

Она отвернулась и взглянула на здание детского сада.

– Кто-то должен теребить завесу равнодушия. Кто-то должен бороться за это каждый божий день и делать все возможное. В противном случае зло восторжествует окончательно. А теперь я спрашиваю вас, если не мы с вами, то кто сделает это?

– Вы по-прежнему продолжаете заниматься риторикой, мистер Лиаракос, – с горечью произнесла она. – А защищаете вы Чано Альдану.

– Он оплатил услуги. Фирме нужны деньги. Я сделаю все от меня зависящее для этого мерзавца.

– И Альдана уйдет от возмездия.

Лиаракос хмыкнул. – Нет, не уйдет. Саба достаточно знает, чтобы Альдана получил срок. Я читал стенограммы его допросов. Он заливается соловьем. У них есть все – с подробными ссылками на источники. Имена, даты, места, количества – все. Саба представлял кубинскую ветвь и лично встречался с Альданой по крайней мере семь раз. С помощью агентов кубинских спецслужб он даже устроил пару убийств агентов ДЕА. У обвинения все это есть.

– И что же вы собираетесь делать?

– Я? Я собираюсь наилучшим образом использовать свое искусство адвоката, а обвинение пригвоздит его виновную шкуру к стенке. Суд не позволит этому сукину сыну улизнуть. У него нет выхода. Я занимаюсь этим многие годы и знаю. Альдана виновен, и присяжные посадят его за решетку до конца жизни.

– А вы?

– А я после этого отправлюсь домой, мисс Льюис, налью себе чего-нибудь покрепче, и воздам Господу за то, что он создал суд присяжных.

– А что если присяжные не захотят вынести обвинительный приговор Альдане?

– Джудит, вы должны верить в порядочность людей, иначе у вас вообще не останется никаких надежд. Если простые мужчины и женщины из суда присяжных не вынесут ему обвинительный приговор, значит, они заслуживают его.

Она продолжала отряхивать пальто.