Читаем В Замок полностью

Он еще раз мысленно пробежал страницы протокольной записи, присланной Замком, насколько смог вспомнить текст, и, как и тогда, когда прочитал впервые, пришел к выводу, что в этих записках не все верно. Протокол содержал описание лишь нескольких дней, между тем деревенские жители говорили, что К. провел в Деревне много недель. Были и другие несоответствия. Так, ему безвозмездно предоставили кров и бесплатно кормили, но стоило мимоходом упомянуть о лабиринте, как его вдруг начали укорять за то, что он якобы пьян, а ведь он напился допьяна только позавчера ночью, причем совершенно намеренно, назло всем, и, кстати, это случилось с ним впервые в жизни, насколько он помнил. Когда его нашли под кучей грязного тряпья, хозяева обеих гостиниц решительно не желали признавать, что он когда-нибудь пил у них вино, причем главным их доводом было то, что у него в те несколько недель не было ни гроша, значит, он не мог расплатиться за вино. А теперь от него вообще не требовали платы, теперь они считают его каким-то землемером без земель, который может позволить себе капризничать и пребывать в дурном настроении. Что на самом деле произошло тогда, в неопределенный промежуток времени, по-видимому, вообще никто не знает. Они словно отсекли или перечеркнули несколько дней. Но, может быть, этот пробел в сознании всех здешних жителей — лишь условие игры, которую он затеял с деревенскими, пусть даже и не совсем по своей воле. Сейчас эта игра все-таки показалась ему странной. Они затеяли игру с прошлым, вместо того чтобы расшифровать настоящее и попытаться представить себе будущее. Ах, да пускай делают что угодно, все равно им не перехитрить время. Как бы мы его не обозначали, оно остается единым течением, потоком, который иногда задерживается, так нам кажется, иногда мчится как бешеный, и, возможно, его течение действительно то мчится стремглав, то вдруг замирает, ход его неравномерен, но этот поток увлекает каждого, хочет он того или нет, — его, К., Фриду, Хозяйку, чиновников Замка и даже Кламма, который, судя по всему, действительно существует. И в этом — смысл справедливости. Время справедливо.

Прежде чем спуститься на первый этаж к остальным, К. выглянул в окно. Солнце, давно взошедшее над Замковой горой, заливало ее сверкающим, блестящим светом. К. потянулся, расправил плечи. Вот теперь пора, он готов, подумал К., теперь он померится с ними силой, да, вот сейчас, в эту минуту, он готов. Он открыл, в чем слабость Замка, отыскал ошибку в его механике. Нужно еще раз встретиться со Старостой деревенской общины. В протоколе, присланном из Замка, ничего не говорится о целых неделях. Вот об этом он скажет Старосте. А школа может и подождать. Днем раньше, днем позже, не все ли равно.

— Неотвязные, — сказал он, увидев помощников. Те корчили рожи и потихоньку подкрадывались все ближе, но К. эти ужимки настроили враждебно. Вдобавок ему показалось, что помощники корчили рожи и кривлялись через силу, их веселость была лицемерной, вымученной.

— Хорошо спали? — спросил он. — Или не выспались? Но главное, наговорились-то вдоволь?

Помощники растерялись и молчали.

— А что тут такого? — к ним подошла Фрида. — Надо же было как-то убить время.

— Я спрашиваю о ночи, — сказал К. таким тоном, что Фрида вспыхнула от стыда. — Интересно, как ночью втроем убивают время?

— Что ты хочешь сказать?

— То, что сказал.

— Вначале ты был со мной добрым и приветливым.

— Если считать, что я — тот К.

— Но ведь ты и есть тот К.! — Фрида топнула ногой.

В эту минуту она почти нравилась К. В ней чувствовалась жизненная сила и решительность, которая делала ее привлекательной. Бывшая любовница Кламма — о да, теперь он прекрасно мог представить себе Фриду в этой роли, хотя, в сущности, его это вообще не касалось. Тут К. явственно услышал шуршание ее крахмальной нижней юбки. Сегодня Фрида была одета не так, как вчера, и не так, как в первый день. Когда она топнула ножкой, нижняя юбка зашуршала вызывающе громко. К. попросил Фриду успокоиться, ее дела его вовсе не интересуют. Даже если когда-то раньше она, как говорят, была с ним помолвлена, сейчас ее, разумеется, ничто с ним не связывает, и следовательно, она не имеет перед ним никаких обязательств, и разумеется, не обязана давать ему отчет » в чем бы то ни было.

— «Как говорят», — повторила Фрида, — «говорят»!

Иеремия вдруг вскочил и принял странную, чуть ли не угрожающую позу, К. не предполагал, что от этого тщедушного паренька можно ожидать подобной прыти.

— Ха! — К. передразнил Иеремию и сел завтракать. Поев без аппетита, он, не мешкая, встал из-за стола и оделся, чтобы выйти на улицу. Помощники тотчас тоже вскочили, но К. решительно объявил, что уходит один, и пожелал всем им с Фридой приятного времяпрепровождения.

— Вы же собирались пойти сегодня в школу вместе с Фридой и помощниками! — закричала Хозяйка.