Читаем В тени Сфинкса полностью

Ангел замолчал. Его партнер прикрылся инструкциями и предписаниями, и здесь нечего было сказать. Он бережно опустил Косу на снег, достал спальный мешок и укрыл им самку.

— Тогда я остаюсь с ней, — Ангел сказал это резко и решительно.

Словно только и дожидаясь этого, Клинт ударил его в челюсть. Ангел пошатнулся и упал, но холодный снег сразу же рассеял головокружение. Он вскочил и приготовился к драке.

— Ты поедешь со мной, даже если бы мне пришлось избить тебя до полусмерти! А она — останется! — крикнул Клинт и бросился на него.

Ангел был слабее и хорошо знал это. Только ярость позволяла ему сопротивляться на равных. Они душили друг друга, спотыкались, падали, не замечая, что Коса пришла в себя и с возрастающим интересом следит за борьбой.

Теперь Клинт перехватил инициативу. Его кулаки все чаще отбрасывали противника в снег. Ангел почувствовал, что проигрывает, проигрывает не только Клинту (в глубине души он сознавал, что тот желает ему добра), проигрывает планете Г-3, проигрывает компаниям, ледяной пустыне, готовой поглотить свою добычу и роковым образом остановить эволюцию…

Краем глаза он заметил, что Коса наблюдает за их борьбой. Чем он, Ангел, лучше Растяпы, неизвестно из-за чего начавшего драку не на жизнь, а на смерть с тем, кто сильнее? И тут он, осознал и свою последнюю ошибку. В Растяпе сознание родилось не тогда, когда в его лапах — нет, в руках — оказалась дубина, а много раньше (но и здесь слабость проложила путь к разуму), когда захотел вернуться, чтобы спасти своих сородичей. Лохматый не мог этого понять, он был силен и должен был либо продолжить путь, либо умереть. Так и сук оказался в руках, да, именно в руках Растяпы, и Лохматый умер. Так…

Ангел крикнул, высоко подняв дубину. Завыла и Коса. Клинт ждал своей участи. Но Ангел был человеком, он должен был найти другое решение, и оружие упало в снег.

— Иди, Клинт, ты меня уже не одолеешь… — Он еле переводил дух, но знал, что нападение не повторится.

— Ты сумасшедший! Ты в самом деле сумасшедший! Разве она стоит этого? — бормотал, отступая, его товарищ.

— Не в ней дело, дружище, не в ней… Речь идет о многих поколениях… Что принесет им цивилизация? Я готов на все, чтобы они сами прошли свой путь.

— Послушай, так ничего не получится… — в Клинте начало пробуждаться сочувствие.

— Получится, — упрямо и устало возразил Ангел.

— Нет! Твою помощь провозгласят активной, и все будет впустую.

Спотыкаясь, Ангел двинулся к ранцу, поднял его и протянул товарищу.

— Хорошо. Если я не могу помочь ей как человек человеку, возьми мои вещи, пусть это будет помощью животного животному…

— Тогда и одежду, — грубо прервал его Клинт.

— Ты даешь мне шанс? — Глаза Ангела заискрились.

— Он ничтожен… Как и у нее. Но попробуй, а я буду контролировать вас. Если лишенный всего ты приведешь ее на юг, я готов сообщить, что она вернулась сама.

Ежась, Ангел начал медленно раздеваться. Не понимая, что происходит, Коса стояла в стороне, глядя, как существо рядом с ней расстается со своей шкурой. Оно было белым, безволосым, каким бывают иногда детеныши. Клинт собрал одежду, взял ранец и без слов удалился к лендеру. Вскоре послышался шум мотора, и аппарат отделился от земли. Коса испуганно заворчала.

— Пойдем, малышка, — нежно обратился к ней человек. — Из-за тебя стоит и померзнуть.

Лендер кружил вдали. Впереди лежал бескрайний белый простор, серые нависшие облака обещали снегопад. Уверенный, что Коса следует за ним. Ангел спешил к ночлегу. Он хорошо запомнил место, где лежал убитый мамонт. Коса клыками разорвала кожу на смерзшемся животе зверя, и они пролезли в еще теплую утробу. О первом ночлеге можно было не беспокоиться.

На следующий день Клинт с тревогой ожидал, выползут ли они из своего необычного убежища, и обрадовался, увидев их. Накануне вечером он сообщил обо всем руководителям экспедиции и был весьма удивлен, что большинство исследователей поддержали его товарища. К утру даже противники загорелись страстью болельщиков. Нашлись и такие, кто упрекал Клинта в чрезмерной приверженности Кодексу. Сошлись на том, что Ангела и его подопечную не следует трогать еще один день.

Клинт следил за двумя точками на снегу, которые медленно, но неотступно пробивались вперед. Голубая самка упорно следовала за своим голым другом, и наблюдатель понял, что расчет его товарища был отнюдь не так наивен. Ангел двигался к малому горному массиву, где наверняка были пещеры. И мешок за его плечами — должно быть, он сплел его из кишок мамонта — был полон. Антрополог по профессии, он сумеет в этот вечер добыть огонь…

Действительно, он нашел пещеру. В мешке было не только мясо, но и клочья шкуры. Клинт увеличил до максимума силу визира и увидел, как Ангел сооружает себе одежду, а Коса внимательно наблюдает за его работой. Много позже в короткой звездной ночи вспыхнуло пламя костра. Человек выиграл битву.

Ранним утром Клинт забрал их, причем Ангел даже упирался, а Косу пришлось снова усыпить. На взлете, пока товарищ одевался, Клинт молчал, но потом не выдержал.