Читаем В тени полностью

Красноармейцы подтянулись. Кто-то закурил, и запах махорки поплыл над группой.

– Покурите, товарищ лейтенант, – предложил идущий рядом боец.

Смирнов сделал глубокую затяжку. Табак был таким крепким, что у него перехватило дыхание.

– Идите, я нагоню, – сказал он бойцам и скрылся в кустах, чтобы справить нужду.

Впереди раздались выстрелы. Похоже, стреляли из березняка. Смирнов моментально сообразил, что красноармейцы напоролись на засаду. Он ринулся вперед, но увидел лишь то, что осталось от отряда. Николай, потрясенно вглядывался в лица убитых, узнавая и не узнавая этих людей. Они так разительно отличались они от тех, что буквально минуту назад шли с ним рядом. Он механически принялся считать трупы; их оказалось девять.

– Девять, – повторил он как бы про себя.

И вдруг подумал: «А ведь я мог стать десятым!»

И вслед за этой простой мыслью пришел внезапный страх смерти.

«Только не сейчас, когда я встретил Нину! – думал Смирнов. – Не хочу умирать».

Он осмотрелся, кругом было тихо. Николай сделал несколько шагов, ожидая выстрела, но лес молчал. Нащупав рукой кобуру, он достал пистолет и взвел курок.

«Где же вы? Где?!» – стучало в голове.

Пятеро диверсантов, одетых в форму бойцов Красной Армии, уверенно шли по дороге в сторону станции. Николай осторожно двигался следом, вдруг осознав, что страх его бесследно исчез и сейчас он снова готов, как тогда на высоте, встретить огнем неприятеля.

Диверсант, замыкавший цепочку, внезапно остановился и сделал знак остальным. Все моментально повалились в траву и замерли, прислушиваясь к шороху леса. Смирнов вжался в березу, стараясь слиться с ней в одно целое. Диверсанты, похоже, почувствовали нависшую над ними опасность, но пока не понимали, откуда она исходит. Успокоившись, диверсанты двинулись дальше, туда, где находилась станция; туда, где ожидала Нина!

***

Идущие впереди диверсанты залегли за кустами. По проселочной дороге, пыля и петляя, пронеслась грузовая машина, полная красноармейцев. Выждав немного, один диверсант вытащил из полевой сумки топографическую карту и начал делать на ней какие-то отметки. Второй достал из мешка радиостанцию и, забросив на дерево антенну, принялся что-то передавать. Двое других сели неподалеку от него и тихо о чем-то совещались. Пятый – лежал в стороне и в бинокль наблюдал за дорогой.

От напряжения у Смирнова заныла левая рука. Он присел за кустами и прикрыл глаза.

«Что делать? – думал Николай. – Они явно что-то замышляют! Если бы им был нужен язык, они не стали бы убивать девять человек…».

Диверсанты снова насторожились. Через минуту-другую на дороге показалась маршевая рота, направлявшаяся на передовую. Красноармейцы шли ровными рядами, таща на плечах ящики с боеприпасами, станки и стволы пулеметов. Некоторые несли противотанковые ружья.

«Другого более удачного случая может и не представиться», – подумал Николай и поднял пистолет.

Выстрел прозвучал как-то глухо. Радист-диверсант, повалился на бок. Диверсанты не сразу заметили Смирнова, и ему удалось пристрелить еще двоих.

– Руки вверх! – раздалось у него за спиной.

Николай бросил пистолет и поднял здоровую руку. Через мгновение он был окружен группой бойцов. К нему подошел офицер и поднял с земли брошенный им пистолет.

– Кто вы такой? – спросил он Смирнова, снимая с него полевую сумку, – Что делаете в лесу?

– Товарищ майор, там немецкие диверсанты. Они в нашей форме.

– Вперед! – скомандовал майор и, оставив около Смирнова двух бойцов, устремился в лес.

Вскоре в лесу вспыхнул скоротечный бой, закончившийся взрывом двух гранат. Смирнов, сидел на земле, когда к нему подошел майор.

– Хотели взять живыми – не получилось. Они подорвали себя гранатами!

– Их бы все равно расстреляли, товарищ майор!

Майор внимательно посмотрел на Николая, затем приказал сержанту:

– Передайте лейтенанта в Особый отдел. Пусть там разбираются, кто он и куда следовал. На станции не задерживаться: одна нога здесь, другая, там…

Николай взглянул на майора и молча, двинулся в сторону станции.

***

Смирнов сидел на табурете перед наспех сколоченным столом. В дверях стоял боец и внимательно смотрел на расположившегося за столом офицера.

– Все подтвердилось, Смирнов, – говорил тот. – Нами получен ответ из батальона о вашем ранении, а также о том, что вы должны были прибыть на станцию для эвакуации в тыл с целью прохождения лечения.

– Единственная неточность в вашем рассказе, – с усмешкой продолжил чекист, – это то, что нам не удалось обнаружить те самые девять трупов, о которых вы говорили. Скажите, Смирнов, трупы могут сами ходить? Вот и я так думаю! Не могли же они исчезнуть бесследно?!

– Зачем мне врать? Я не знаю, куда девались тела девяти бойцов. Я уже докладывал вам, что сразу бросился в лес преследовать диверсантов.

– Преследовать, говоришь? А может, ты сам их того? Может, ты вовсе и не Смирнов, а немецкий агент, который завладел документами погибшего лейтенанта Николая Смирнова?!

Николая бросило в жар:

– Может, скажете, что я сам прострелил себе руку?

– Вопросы здесь задаю я! Если ты еще не понял, я напомню, где ты находишься!