Читаем В тени полностью

– Как вы себя чувствуете, товарищ Мерецков? – спросил, наконец, вождь, насладившись этой вынужденной паузой. – Отдохнули немного?

– Чувствую себя хорошо, товарищ Сталин! – собрав волю в кулак, бодро произнес Мерецков. – Готов к выполнению любого боевого задания!

– Это хорошо, – неторопливо заговорил Сталин. – Я не ожидал от вас другого ответа. Сейчас нам необходимы ваши профессиональные знания, в уровне которых вы меня в свое время убедили. Надо срочно лететь на Северо-Западный фронт, к генералу Курочкину. Он хорошо командовал армией летом, а сейчас, пятится на восток. Вы должны разобраться в обстановке и дать правильную оценку его действиям.

Вождь замолчал и внимательно взглянул на Мерецкова, словно старался понять, насколько глубоко тот усвоил поставленную перед ним задачу.

– Вместе с вами поедут два человека: товарищ Булганин и армейский комиссар Мехлис, наделенный особыми полномочиями. Вы меня поняли?

– Да, товарищ Сталин, – четко ответил Мерецков.

– Я хочу знать, чем вызван отход армии: нежеланием сражаться или головотяпством отдельных командиров?! Нам необходимы ваши выводы и заключения. У вас глаз свежий, и вы должны заметить то, чего никогда не заметят непосвященные. Все ваши выводы доложите Мехлису!

– Разрешите идти, товарищ Сталин?

– Идите, я вас больше не задерживаю.

И Мерецков торопливо вышел из кабинета вождя.

***

День 9 сентября 1941 года выдался теплым и солнечным. Прибывшие из Москвы представители Ставки Верховного Главнокомандования выслушали доклад командующего Северо-Западным фронтом.

– Из вашего доклада я понял, что 11-ая армия генерала Морозова воюет достаточно уверенно, по сравнению с двумя другими армиями? – уточнил Мерецков.

– Да, Кирилл Афанасьевич. Это вполне естественно, так как немецкие части наносят основные удары по 27-ой и 34-ой армиям. У меня не хватает резервов, чтобы пополнить дивизии этих армий. Не стану скрывать, что в отдельных из них все по триста бойцов! Фронт остро нуждается в горючем для танков, боеприпасах и продовольствии.

Посовещавшись между собой, представители Ставки поехали в 27-ую армию, которая находилась в самом бедственном положении.

Легковая автомашина, сопровождаемая охраной, выехала из штаба фронта около пяти часов вечера. Булганин тихо спорил о чем-то с Мехлисом.

– Я им покажу, как отступать! Я научу их воевать! – неожиданно громко произнес Мехлис. – Думаю, им необходимо напомнить, как я разобрался с Павловым и его генералами.

Булганин тихонько засмеялся, а Мерецков побледнел, вспомнив, что Павлова расстреляли именно по доносу этого человека.

– Ну, а вы что молчите, товарищ Мерецков? – вдруг спросил Мехлис. – Может, вы против подобных методов наведения порядка в Красной Армии?

Генерал не успел ответить начальнику Главного политуправления, из-за поворота дороги выехала «Эмка» в сопровождении трех мотоциклистов. Из автомобиля выскочил полковник Озеров, начальник штаба 34-ой армии, и чуть ли не бегом направился к ним.

– Товарищи представители Ставки, – отдавая им честь, пробормотал он. – Может, заедете к нам? Скоро темно, в лесах полно дезертиров и немецких диверсантов .Мало ли, что может произойти.

– Хорошо, – согласился Мехлис. – Посмотрим, чем дышит командарм Качанов! Действительно, скоро стемнеет.

– Правильное решение, – поддержал Мехлиса Мерецков. – Меня товарищ Сталин просил разобраться с обстановкой в 34-ой армии.

Машина с представителями Ставки повернула вслед за автомобилем полковника Озерова. Командный пункт 34-ой армии только что подвергся массированному авиационному налету. Кругом зияли воронки, стояла разбитая и сгоревшая техника, лежали трупы красноармейцев и офицеров штаба. Воздух был пропитан гарью и свежим запахом крови. Мерецков вошел в землянку командарма вслед за Мехлисом, который явно не ожидал подобного приема.

– Где связь?! – закричал он прямо с порога. – Где подразделения ПВО, которые должны прикрывать штаб армии?! Где, наконец, сам командарм?! Почему его нет на месте?!!

Полковник Озеров вытянулся в струнку и начал оправдываться:

– Простите, товарищ армейский комиссар, связь восстанавливается! Офицеры связи направлены в дивизии! Зенитчиков по приказу командующего фронтом отправили на станцию для организации прикрытия прибывающих на фронт эшелонов!

– Раздолбай! Тебе не штабом руководить, а сортиры на вокзале чистить! – продолжал орать Мехлис. – Из-за таких, как ты, армия и пятится раком!

– Товарищ Мехлис, когда я вас приглашал, то не знал о налете.

– А ты, вообще, хоть что-нибудь знаешь? – взвился Мехлис. – Ты хоть понимаешь, что говоришь? Считай, что я разжаловал тебя в рядовые, бывший полковник Озеров! Передай полномочия своему заместителю и вон отсюда!

Когда Озеров пулей вылетел из блиндажа, Мехлис с улыбкой посмотрел на Мерецкова и Булганина.

– Как я его! – самодовольно произнес он. – Бардак, кругом бардак! Ни на кого нельзя положиться: кругом враги! Правильно говорит товарищ Сталин, зажирели наши начальники!