Читаем В Шторме полностью

- Верьте, чему хотите, Высочество, но я знаю, что прав.

- Вопреки всему!

- Да, вопреки всему! И ты знаешь, почему? Потому что все это – подгон фактов и предположений! А он стоит больше того, что сообщает ваша драгоценная разведка и больше того, что внезапно раскапывают ботаны, потому что я знаю его. Он как брат для…

Не закончив, Хан только махнул рукой и ураганом вылетел за дверь.

Лея осталась одна; отдавшись собственным мыслям, она не сразу услышала легкий стук в дверь. На пороге переминался Хан, со смешанным выражением досады и замешательства на лице.

- Мне некуда больше идти, - спокойно произнес он. - У меня больше нет корабля.

Уступая и приглашая его обратно в комнату, Лея печально улыбнулась:

- Мы найдем тебе койку, лётчик.

- Только не с Чуи, - криво усмехнулся Хан, когда она взялась за комлинк. - Он храпит, как бортовой мотор.

Улыбка продержалась на его лице не больше секунды – когда Лея взглянула на него, та уже расстаяла.

- Что мы будем делать со всем этим? – спросила она, подразумевая сам факт их спора. Она не хотела терять то, что у них только-только начиналось, и надеялась, что Хан тоже не хочет этого.

Он вздохнул, уткнувшись взглядом в пол:

- Я не знаю, Лея. Я, правда, не знаю. Думаю, нам остается только ждать – а там будет видно.

Глава 16

Палпатин сидел в тускло освещенной камере, пристально наблюдая, как приходит в себя мальчишка и не обращая внимания на кланяющуюся перед уходом Джейд.

Он прекрасно знал о борющихся в ней эмоциях, но они нисколько не волновали его - Император был уверен в своей «Руке», в том, что она всегда будет исполнять то, что он приказывает. На самом деле ее чувства даже забавляли его, став этаким бонусом - дополнительным развлечением в игре. В будущем он сможет использовать их для своих целей; пока же ее эмоции не несли никакой практической пользы, разве что подтверждали, что все далеко идущие замыслы Палпатина осуществимы.

При условии, что он создаст ситха из своего упертого джедая.

Он бесстрастно смотрел на мальчишку, холодным, оценивающим взглядом, пока тот изо всех сил пытался прийти в себя после наркотического дурмана. Выглядел он плачевно: сломанная рука прижималась к телу, раздробленная лодыжка потемнела и раздулась, а все его тело и лицо были покрыты массой воспаленных, болезненных ран и мелких ссадин. И все же он не уступал. Джедай был намного лучше обучен, чем ожидал Палпатин – и, конечно же, намного более упорен. Однако это не означало, что Палпатин не справится с ним. Каждый новый день приближал их к предсказуемому финалу.

Ощущая взгляд Палпатина, Люк перевернулся на спину - пытаясь игнорировать острую боль в ребрах и жгучие, резкие прострелы по всему телу, напоминающие ему о вчерашнем противостоянии.

И напоминающие о том, что будет сегодня. Он медленно расслабил жесткие, болезненные мышцы, стараясь не вздрогнуть, хотя и знал, что это бесполезно - Палпатин все поймет, в любом случае.

Всегда ли теперь будет так? Всегда ли теперь он будет оказываться перед своей Немезидой, едва проснувшись, и находиться в ее присутствии каждую минуту, пока в сознании, без какой-либо передышки?

Люк понимал, что Палпатин стремится сломать его, разбивая его решимость час за часом, день за днем, не давая времени, чтобы перевести дух и собрать силы. Никакого времени для восстановления.

Ты ведь знаешь, что он будет делать дальше и знаешь, к чему все приведет.

От понимания этого, в его уже и без того хрупком состоянии, у него зашлось сердце и скрутило живот, и на доли секунды страх поражения придавил его, сокрушая смутно вырисовывающимися последствиями.

Нет. Ты не дашь ему так легко победить. Если он хочет получить контроль над тобой, ему придется забрать этот контроль у тебя. Ты ведь знаешь, как это работает, да, - как много зависит от разума. Не теряй контроль.

Люк понимал игру, которую вел Палпатин и понимал, что ему грозило… однако он понятия не имел, как противостоять этому, фактически он не знал, можно ли вообще что-нибудь сделать… Силой воли Люк заставил себя прервать эту мысль, не желая думать о сражении, как об уже проигранном.

Стоял ли его от… стоял ли Вейдер перед таким выбором раньше - перед подобным принуждением? Бен говорил, что когда-то тот был джедаем. Что наводило на следующий вопрос – унаследовал ли он слабость своего отца?

Или Палпатин лгал? Если да, то Люк не мог обнаружить этой лжи.

Впрочем, его ум до сих пор находился в оцепенении от наркотиков.

Что мешало концентрировать мысли. Он мог бы с помощью Силы разрушить их эффект, очистив свой организм, чтобы хоть на мгновение сделать голову ясной. Но ему не удавалось удержать это состояние – наркотик самовоспроизводился вновь, постоянно возрастая до уровня, на котором Люк оставался лишь на краю сознания. И, как только это происходило, его связь с Силой слабела, концентрация рушилась, а точный, тщательный контроль над разумом, так нужный для медитации и исцеления, разбивался вдребезги.