Вместо того, чтобы зайти домой или сесть в машину, я пошла к багажнику вслед за мужчиной. Однако он разговаривал по телефону. Я не поняла, кто абонент, но, стоило прислушаться к разговору, узнала папин голос:

«Сделай что угодно, но верни мне дочь».

Вернуть меня? Разве я потерялась?

Мужчина положительно ответил и сбросил трубку, но он не обратил на меня внимания. Нам рано или поздно нужно об этом поговорить.

– Слушай, прости.

Мужчина ненадолго замер над сумками, которые раскладывал в багажнике. Затем снов продолжил удобнее раскладывать их. Он никак не отреагирует? Ничего не скажет мне?

– Прости за поцелуй.

Он резко закрыл багажник и посмотрел на меня своими чёрными глазами. В упор, не отрываясь, словно пытался донести свои слова прямо в душу.

– Ты не должна была целовать меня.

– Но ты ответил…

– Ты не должна была целовать меня, чтобы отомстить своему золотому мальчику. Тебе уже шестнадцать, нужно включить мозг и обдумать свой поступок.

– Но я же извинилась.

– Извинения не всегда помогают забыть ситуацию, запомни это.

Я заметила, как его пальцы сжались в кулак, но тут же раздались, когда мой взгляд зациклился на них.

– Не играй со мной, Карамелька, иначе я буду играть с тобой…

– Что это значит?

– Поехали, тебе нужно отдохнуть.

Он ушёл за водительское место, так и не взглянув на меня.

Глава 42

– Проходи, – мужчина пропустил меня первой в пентхаус на двадцать втором этаже лондонской высотки в Сити.

Просторно, интерьер минималистичный, прекрасный вид. Но они волновали меня меньше всего. Я даже не обратила внимания на накрытый стол и кучу еды. Когда я в последний раз ела? Уже не помню. Но я не страдала голодом, а сладостные ароматы, которые доносились с кухни, никак не привлекли меня.

Мысли сбили меня с толку, воспоминаний последних часов в моей жизни вряд ли заставят меня съесть хоть кусок. Я даже не зашла в свою потенциальную комнату, а вместо этого подошла к окну. Ночные огни Лондона огибали Темзу, а я провожала взглядом маленькие точки, носящиеся по трассе.

– Я в душ, располагайся.

Что он сказал? Что-то о душе? Какое мне дело…

– Ага…

Я окинула его высокую фигуру взглядом через стекло и проводила его в неприметную деревянную дверь. Наверное, одиночество единственное, чего я так желала. Мне нужно обдумать произошедшее, отдохнуть. Мы ехали несколько часов, плюс долгий перелёт. Они дали о себе знать усталостью и невозможностью о чем-то думать. Однако спорные мысли и эмоции лезли в голову. Боль граничила с легкость, обида с счастье. Крис с…