Читаем В ожидании людоедов полностью

С одной стороны, насилие - технологически самый простой способ решения любых проблем. Почему же люди прибегают к насилию гораздо реже, чем могли бы и даже чем хотели бы? Потому, что применение насилия, как правило, сопряжено со значительными издержками: моральными, социальными (наказание) и материальными (результативность насилия тем выше, чем оно высокотехнологичней, то есть дороже). Поэтому, чтобы государство решилось на массовое, публичное, систематическое и жестокое насилие, нужно, чтобы элиты и «социальное большинство» согласились на эти издержки или придумали,  как их минимизировать.

Материальные издержки, связанные с массовым и систематическим насилием,  тем менее значимы, чем богаче, современнее и высокопроизводительнее общество. У Германии, несмотря на поражение в войне и «версальскую проблему», промышленно-экономический потенциал был более чем хорош, его лишь надо было окончательно «освободить», «вдохнуть жизнь».

Социальные издержки (угроза наказания) в «нужных сферах насилия» могут сниматься идеологией и соответствующей правовой политикой государства. Третий Рейх брал на себя эту проблему.

Сложнее всего избавиться от моральных издержек. Это значит, что элиты и простолюдины в основной своей массе не должны сопереживать жертвам  насилия, как внешнего, так и внутреннего. Одной идеологии «внутренних и внешних врагов» для освобождения от «греха массового, систематического и жестокого государственного насилия» - мало. Такую идеологию глубоко и лично могут воспринять только определённые люди - люди настрадавшиеся, загнанные в угол, обозлённые, экзистенциально потерянные, деморализованные.

Гипотеза: такими и были многие, если не большинство, немцев после трёх катастроф, обрушившихся на них за десять с небольшим лет: поражение в начатой ими самими Великой войне, с последующим, затянувшимся на многие годы, общенациональным унижением; крах национальной государственности в облике беспорядочной Веймарской республики – это в помешанной-то на порядке Германии; социальная катастрофа Великой депрессии - обнищание и разорение миллионов немцев и угроза всего этого ещё над большими миллионами. Ни одна из этих трёх катастроф в отдельности не привела бы к моральному разрушению целого народа, но в совокупности эти катастрофы были реально разрушительны.