Читаем В ожидании полностью

Лорд Саксенден расхохотался. Он смеялся, как человек, нашедший нечто очень драгоценное.

Джин выждала, пока он успокоится, и сказала:

— Итак, я еду к нему.

Последовавшую за этим паузу заполнила куропатка.

— Послушайте, — неожиданно начал лорд Саксенден, — если уж вы действительно решили это сделать, то есть один человек, который может устроить вам встречу. Это Бобби Ферар. Он работал с Уолтером, когда тот был министром иностранных дел. Я дам вам к нему записку. Сладкого хотите?

— Нет, благодарю. Но я бы выпила кофе. А вот и Хьюберт.

У входа, выскочив из вращающейся двери-клетки, стоял Хьюберт, отыскивая глазами жену.

— Позовите его сюда.

Джин пристально посмотрела на мужа. Лицо его прояснилось, и он направился к ним.

— Ну и взгляд у вас! — пробормотал лорд Саксенден, поднимаясь. Здравствуйте. Ваша жена — замечательная женщина. Хотите кофе? Здесь недурной бренди.

Пэр вынул карточку и написал на ней чётким, аккуратным почерком:

Уайтхолл.

Дорогой Бобби.

Примите моего молодого друга миссис Хьюберт Черрел и, если возможно, устройте ей встречу с Уолтером.

Саксенден».

Затем подал карточку Джин и потребовал счёт.

— Хьюберт, покажи лорду Саксендену свой шрам, — распорядилась Джин и, расстегнув манжету, закатала мужу левый рукав. На фоне белой скатерти синевато-багровый рубец выглядел особенно странным и зловещим.

— Н-да! — выдавил лорд Саксенден. — Полезный удар!

Хьюберт опустил рукав.

— Джин вечно вольничает, — проворчал он.

Лорд Саксенден уплатил по счёту и предложил Хьюберту сигару:

— Простите, мне пора удирать. А вы оставайтесь и допивайте кофе. До свидания, и желаю вам обоим успеха!

Он пожал им руки и стал пробираться между столиками. Молодые люди смотрели ему вслед.

— Странно! Деликатность, насколько мне известно, не относится к числу его слабостей, — удивился Хьюберт. — Ну как. Джин?

— Что означает М.И.Д.?

— Министерство иностранных дел, моя провинциалочка.

— Допивай бренди, и едем к этому человеку.

У подъезда молодожёнов окликнули:

— Кого я вижу! Капитан! Мисс Тесбери!

— Моя жена, профессор.

Халлорсен сжал им руки:

— Ну, не замечательно ли? У меня в кармане каблограмма, капитан. Она вполне заменит свадебный подарок.

Через плечо Хьюберта Джин прочла:

«Реабилитирующие показания Мануэля высылаем почтой тчк Американское консульство Ла Пас».

— Великолепно, профессор. Не хотите ли зайти с нами в министерство иностранных дел? Мы должны повидаться с одним человеком насчёт Хьюберта.

— Что за вопрос! Но я не люблю терять время. Возьмём машину.

Сидя в такси напротив молодых, Халлорсен весь излучал изумление и благожелательность.

— Вы действовали с потрясающей быстротой, капитан!

— Это всё Джин.

— О да, — сказал Халлорсен, как будто её и не было в машине, — когда я встретился с ней в Липпингхолле, я сразу увидел, что она — энергичная особа. Ваша сестра довольна?

— Довольна она, Джин?

— Надеюсь.

— Замечательная юная леди! Знаете, в низких зданиях есть что-то приятное. Ваш Уайтхолл вызывает у меня симпатию. Чем больше солнца и звёзд можно увидеть с улицы, тем выше моральный уровень народа. Вы венчались в цилиндре, капитан?

— Нет, так, как сейчас.

— Жаль. В нём есть что-то забавное: он похож на символ проигранного дела, водружённый вам на голову. Вы, кажется, тоже из старинной семьи, миссис Черрел? В таких семьях у вас принято из поколения в поколение служить своей стране. Это очень достойный обычай, капитан.

— Я над этим не задумывался.

— В Липпингхолле я беседовал с вашим братом, мэм. Он рассказал, что у вас в семье испокон веков кто-нибудь обязательно служит во флоте. А у вас, капитан, — в армии. Я верю в наследственность. Это и есть министерство иностранных дел?

Халлорсен взглянул на часы.

— Интересно, на месте ли этот парень? У меня сложилось впечатление, что такие люди всю свою работу делают за едой. Пойдём-ка лучше в парк и до трёх посмотрим на уток.

— Я только занесу ему эту карточку, — сказала Джин.

Вскоре она вернулась:

— Его ждут с минуты на минуту.

— Значит, он явится не раньше чем через полчаса, — заметил Халлорсен. — Там есть одна утка. Я хотел бы слышать ваше мнение о ней, капитан.

Пересекая широкую дорожку, ведущую к пруду, они чуть не стали жертвой неожиданного столкновения двух автомобилей, водители которых растерялись в непривычной обстановке. Хьюберт судорожно прижал к себе Джин. Лицо его побелело под загаром. Машины разъехались. Халлорсен, успевший схватить Джин за другую руку, сказал, нарочито растягивая слова:

— Ещё немного, и дело кончилось бы плохо.

Джин промолчала.

— Я иногда спрашиваю себя, — снова заговорил американец, когда они подошли к уткам, — окупается ли скорость теми деньгами, которые мы на ней зарабатываем. Что вы думаете, капитан?

Хьюберт пожал плечами:

— Число часов, которые мы теряем, разъезжая в автомобилях вместо поезда, в общем равно тому, которое мы выигрываем с их помощью.