Читаем В окружении Гитлера полностью

Автор, бывший офицер в штабе маршала Жукова, принимал участие в штурме Берлина. В 1943 году он служил переводчиком в штабе генерала Чуйкова, в его ставке под Сталинградом, куда доставили взятого в плен фельдмаршала Паулюса. После войны Безыменский занялся историей «третьего рейха» и германской проблематикой. Он получил доступ ко всем советским источникам, а также в архивы. Дело Бормана занимало его. Когда книга его вышла, он получил письмо от одного читателя, который сообщил, что в архивах 5-й армии, штурмовавшей и захватившей Берлин, должна быть записная книжка Бормана, Ее обнаружили в кармане кожаного пальто.

Безыменский обратился к этим архивам и действительно записную книжку нашел. Во втором издании своей книги он процитировал отрывки из нее, которые подтверждали показания свидетелей на судебных процессах, в связи с «делом Бормана».

Дальнейшие розыски позволили установить, что один из советских офицеров 5-й армии 2 мая, после боя на оперативном участке одного из полков, заметил подбитый немецкий танк. Около него валялось кожаное пальто. В кармане пальто он нашел записную книжку, в которой были адрес и телефон ее владельца — Мартина Бормана.

Записи в книжке лаконичны, они относятся к последним месяцам войны. Это своего рода хроника гибели гитлеровского рейха. Вот несколько примеров: «Летчик Рудель получил бриллианты к Железному кресту, — День рождения Евы Браун, — Большевики подступают все ближе». В записи от 8 марта отмечается занятие советскими войсками местечка Альтдами, неподалеку от которого расположено имение Штопле, где были жена и дети Бормана. «20 апреля — день рождения фюрера в печальной атмосфере, 21 апреля — после обеда артобстрел Берлина, 27 апреля — Гиммлер и Йодль останавливают предназначенные для нас дивизии, мы будем сражаться плечом к плечу с нашим фюрером и погибнем, сохранив верность ему до могилы. Другие считают, что из высших соображений следует поступить иначе, принести в жертву своего фюрера, тьфу — какой позор!»

В записной книжке оказалась также пометка о встрече со вдовой гитлеровского писателя Курта Клюге. Судья фон Глазенапп навестил ее. Фрау Клюге подтвердила, что такая встреча с Борманом действительно была. Она говорила с ним тогда об издании рукописи романа своего мужа.

На основании этих и иных свидетельств судья фон Глазенапп 13 декабря 1971 г. прекратил следствие по делу Бормана. В заявлении для печати он не ставил под сомнение то обстоятельство, что Борман нашел свой бесславный конец в Берлине. Он сказал, что все остальные версии в лучшем случае следовало бы рассматривать лишь как предположения. Глазенапп допросил также Гелена после выхода в свет его книги и пришел к выводу, что утверждения Гелена, не опирающиеся ни на какие конкретные факты, не могут ничего изменить в его решении прекратить следствие.

Бывший заместитель Гелена в Пуллахе сенсационные сообщения своего прежнего шефа назвал обычной журналистской уткой, охарактеризовал их как спекуляцию на доверчивости общественного мнения. Западногерманская «Франкфуртер альгемайне цайтунг» писала, что откровения Гелена вызвали у западных разведок «больше веселья, чем удивления». Автор книги о Гелене Герман Цоллинг в интервью газете «Цайт» высмеял байки бывшего спеца разведки. А затем взорвалась бомба…

«Борман мертв, найден и опознан его труп», — писал в январском номере 1972 года западногерманский еженедельник «Штерн».

Так умерла легенда о человеке, которого в течение многих лет разыскивали по предписанию прокуратуры Франкфурта-на-Майне, о человеке, за поимку которого была назначена награда в 100 тыс. марок, о человеке, сенсационные сообщения о жизни которого в секретных убежищах то и дело облетали мировую печать.

В декабре 1971 года в ходе земляных работ в западноберлинском районе Моабит на территории, где раньше устраивались выставки, был обнаружен скелет Бормана. Останки Бормана и кости другого человека сложили в специальный мешок и отправили в полицейский морг, размещавшийся рядом с дирекцией западноберлинской уголовной полиции. Комиссар Бекер на сопроводительном листке, Пришпиленном к мешку, написал фламастером: «Предположительно Мартин Борман». Институт судебной медицины, проведя экспертизу, установил: «Да, это останки Бормана». Вот как все это описывает «Штерн»:

«Двое рабочих — мастер Вилли Штайн и его помощник Йене Фризе — копали траншею для водопроводной сети между вокзалом Лертер Банхоф и Инвалиденштрассе в районе Берлина — Моабит. Если бы им случилось натолкнуться на человеческие кости, они должны были, не мешкая, уведомить инженера Манфреда Шатке из строительного надзора.

7 декабря 1971 г. около 12 час. 30 мин, Вилли Штайн заметил, что ковш его экскаватора натолкнулся на какой-то твердый предмет на дне траншеи. Ему показалось, что это кусок старой водопроводной трубы. И он велел своему помощнику выкопать ее лопатой. Едва тот успел копнуть несколько раз, как стало ясно, что это череп и отдельные кости.