Читаем В огне полностью

До заката… Светит солнце, но на этой земле света нет. На эту землю, словно в расплату за свершенные злодеяния – хотя какая тут расплата?! – опустилась ночь. Черная ночь террора…

Это было в Хамадане. Их забрасывали ночью, вертолетом через границу, у повстанцев не было ни сил, ни средств контролировать воздушное пространство. Всю ночь они бежали, бежали неторопливым размеренным бегом, удаляясь от точки выброски и сбрасывая с хвоста возможную погоню. К утру они вышли на окрестности Хамадана – крупного индустриального центра, столицы провинции – вилайята, как их здесь называли, и залегли в кустах, на обочине оросительного канала, чтобы немного отдохнуть, осмотреться и решить, что делать дальше.

Чуть позже они нашли машину. У тех, кто остановился на краю канала справить малую нужду, шансов не было никаких, пусть их было четверо, а спецназовцев – всего двое. Трупы они бросили в тот же канал – не первые трупы, которые проплывали в мутной воде канала – и разжились четырьмя автоматами с мобилизационных складов и гранатами. Раздобыли они и черные повязки на руку, по которым боевики опознавали друг друга, что немаловажно, настоящие. Оседлав железного коня – довольно свежий пикап, – они продолжили путь к Тегерану.

Тогда-то они и увидели то, что увидели. В Хамадане была гимназия, да не простая, а техническая, чтобы одаренные дети уже с раннего возраста готовились стать инженерами, уважаемыми в обществе людьми. Гимназия эта – большое четырехэтажное просторное здание – стояла на одной из главных улиц Хамадана, и как раз около нее собралась толпа, чтобы насладиться зрелищем. Учителя – кого нашли – уже висели вниз головами, подвешенные за ноги на вторых-третьих этажах школы, некоторым вдобавок выпустили кишки. А детей решили наказать иначе, за то, что они учились в гимназии, а не в медресе. Они бы и рады были не видеть этого, да так получилось, что увидели. Перед школой, на крыльцо вытащили парту, поставили ее, чтобы видно было всем. К этой парте подводили детей, видимо, кого смогли найти и схватить из учеников, и палач отрубал каждому ребенку кисть правой руки, чтобы не смели идти против Аллаха и брать в руки учебник, а не Коран.

Это они запомнили навсегда. И уже не сомневались, что следует делать с этими выродками, когда начнется. Нет здесь невиновных, и все здесь, кто взял в руки автомат и нацепил на голову повязку, заслуживают одного – смерти на виселице и адских мук.

Иначе – нельзя.