Посмотрев на часы, Света ужаснулась. До конца рабочего дня еще более четырех часов, а ей уже невмоготу находиться в этом ужасном месте. А вдруг… Вдруг Инга поехала за Ванькой?! Сейчас они вернутся и… убьют ее прямо здесь, в приемной. И им ничто и никто не помешает. Остальным сотрудникам вход в это крыло заказан. Связь с ними всегда была через нее — Свету. Или Инга просто вызовет ее в свой кабинет. А Ванька… ее, Свету, просто задушит. Потом откроет потайную дверь в задний дворик и…

Ох уж этот дворик!.. Когда Света оказалась там впервые, тогда-то, наверное, впервые по-настоящему поняла, в какую ужасную историю она попала. Все остальное было позже, а вот прозрение началось именно с этого глухого бетонного колодца, называемого задним двором.

Он был огорожен от улицы двухметровым каменным забором с воротами, запирающимися на амбарный замок. Ни одно окно старого купеческого дома не выходило в этот двор, только глухая стена, кругом забор и еще страшная дверь, которую прорубили эти монстры. Может, она и существовала здесь прежде, эта дверь, и бывший владелец особняка был таким же страшным злодеем, но Света в этом сильно сомневалась. Вряд ли у него хватило бы на такое ума. А вот у них хватило!..

Иван заранее ставил туда автомобиль. Запирал ворота. Потом подгонял машину почти вплотную к двери, открывал заднюю дверцу, и… дальше дело техники.

Спящую беспробудным сном старушку очень аккуратно устраивали на заднее сиденье. Ей под голову даже подушечку подкладывали на тот случай, если остановит ГИБДД. А что? Мать везут из деревни или в деревню. Принципиального значения это не имело. Спит она! Устала и спит. Укачивает ее…

Но их ни разу не остановили. Света об этом знала и всегда ужасалась. Будто темные силы их охраняли, этих двоих. Будто благословение дьявола они получили, верша свое зло. Но о подробностях она могла лишь догадываться. Она знала определенно одно: покинуть офис через заднюю дверь она уж точно не хотела…

Глава 16

Назаров вышел из кабинета Короткова Игоря Леонидовича с горящим от волнения лицом.

— Ну, чего там, Сан? — улыбнулась ему секретарша Оля Супонина. — Остаешься?

Хорошо улыбнулась, ободряюще и спросила по-доброму, будто и не было минувших десяти лет, и не уходил он от них никуда.

— Не знаю, Оленька, что и делать, — честно ответил Назаров. — И хочется, и колется, как говорится.

— Колется-то небось из-за Степки! — громким шепотом воскликнула догадливая Ольга. — Я, Саня, и сама не знаю, что буду делать, если заступит он на место шефа. Уйду, наверное.

— Да ладно тебе! Как же тут все без тебя!

Он нисколько не лукавил и нисколько не льстил ей. Ольга и в самом деле была незаменимым сотрудником. И выручит всегда, и поймет, и задержится, если нужно. Муж давно смирился с ее трудовыми буднями, начинающимися иногда засветло и заканчивающимися поздней ночью. Она была неотъемлемой частью этого отделения, его оплотом и матерью. И у нее всегда были кофе, сахар и сигареты. Как она ухитрялась выманивать у шефа деньги на все эти дела и экономно потом расходовать, оставалось загадкой.

— Ничего, он справится. Он же со всем на свете справляется, Степка-то наш, — фыркнула Ольга негромко. — Что по убийству этого парня сам-то говорит?

— А что он скажет? Глухарь, говорит, однозначный, — задумчиво обронил Назаров, глядя в окно приемной.

— Ну а ты чего? — не унималась она, подергала его за рукав, заставив присесть сбоку от ее стола. — Давай, давай, выкладывай. А я пока чайку тебе заварю. Забыл, небось, какой у меня чай? А еще у меня пирожные есть морковные. Ты не морщись, не морщись, сейчас еще просить станешь. Там калорий ноль, а пользы тьма, и вкусные к тому же… Так что ты сам-то думаешь, Саня?

Назаров хмыкнул и выразительно посмотрел на распахнутую дверь, ведущую в коридор.

— Ага, понятно. — Ольга уже несла в обеих руках по тарелке, но дверь успешно закрылась от ее удара ногой. — Так что?

— Оль, вот чего мне не хватало там у себя в отделении, так это твоей трепотни, честное слово! Чайку твоего, пирожных… Ты такой славный человечек, Оль, — растроганно пробормотал Сан Саныч, разбалтывая сахар в тонком стакане. — От тебя и захочешь, ничего не утаишь.

— Ну??? — Кажется, она начала терять терпение. — Назаров, сейчас по башке получишь, если мычать будешь. И комплименты твои не помогут.

— Паренек засветился, ежу ясно, — пробормотал он с набитым ртом, морковные пирожные действительно таяли во рту и ничем не напоминали вкус ненавистного ему овоща. — Степка с ребятами ничего не нашел. Пальчиков нет. Следов нет. Свидетелей нет. Соседку быстро запутали с ее бредовыми идеями о ком-то, спустившемся со второго этажа. Нет, они, конечно, опросили всех соседей, но пустышка. Так что соседка от своих показаний отказалась. Мужчину, которого она видела входящим в один подъезд, а выходящим из другого, вообще не рассматривают как подозреваемого. Мало ли кто мог бродить там. Тем более что кто-то из жильцов рассказал о дальнем родственнике, заблудившемся в нашем городе и не нашедшем его по нужному адресу. Может, это он и был, кто знает!