Иван вытер внезапно вспотевшие ладони о брюки, сунул руки в карманы куртки, чтобы искушение, не дай бог, не взяло над ним власть. И пошел к выходу из приемной. Отвечать он ей так ничего и не стал. Пускай догадывается, о чем пожелает. Пускай терзается перед мучительным концом. С ней он еще успеет разобраться. Сейчас у него есть дела поважнее. Ему нужно пасти клиентку и ее ухажера.

Михалыч вышел из конторы. Сел в свою машину. Теперь это была совсем другая машина, не та, на которой он сегодня уже засветился… И медленно тронул ее с места. Слежка так слежка. Он поедет и понаблюдает. И начнет с дамочки. А там по ходу видно будет, что делать дальше…

Глава 13

Зачем ей понадобилось идти в кино? Кто бы знал, зачем она туда пошла одна?! Хотела развеяться, помечтать, хоть как-то заглушить свое одиночество, ставшее после отъезда Данилки просто невыносимым, но сделала только хуже.

Верочкино место было в восьмом ряду. Она вошла в зал до третьего звонка и от нечего делать посмотрела по сторонам.

Смотрела на юных влюбленных и тосковала. Их чувства были так обнажены, так хрупки, и ей до слез хотелось защитить их от всего житейского и грубого.

Смотрела на пожилую супружескую пару и снова тосковала. Убеленный сединами мужчина бережно вел свою жену к их местам и что-то шептал ей на ухо. Ее лицо, покрытое морщинами, ласково светилось улыбкой…

У нее не будет так! Никогда не будет! Они с Геральдом состарятся, но врозь. И сын их вырастет у них на глазах, но потом будет не с ними. И общих воспоминаний у них не будет, и общих фотографий в семейном альбоме.

Верочка проплакала весь сеанс, плохо соображая, что происходит на экране и почему вокруг смеются. Когда фильм закончился, она вышла на улицу вместе со всеми и тут же заспешила к автобусной остановке. Идти было всего ничего — пара кварталов, но идти одной… Нет, снова натыкаться на воркующие парочки она не хотела, потому и метнулась к остановке. Потом очень быстро прошла по двору и, не останавливаясь, влетела в свой подъезд. И вот тут ей пришлось по-настоящему испугаться и пожалеть о своих поздних прогулках в одиночестве.

Рядом с лифтом стоял здоровенный малый. Стоял к ней спиной и, казалось, совсем не обращал на нее внимания, но она почему-то испугалась. А тут еще лифт, как назло, куда-то провалился. И свет горел лишь на площадке второго этажа. Все, как нарочно, и все сразу.

Верочка сжалась, будто изготовилась к прыжку, и принялась украдкой рассматривать позднего гуляку.

Высокий, широкий в кости, с огромными ручищами и бычьей шеей. На голове спортивная кепка с таким длинным козырьком, что лица под ним почти не видно. И еще очки… Солнцезащитные очки, которые особенно ее насторожили. С какой, спрашивается, стати надевать темные очки в темное время дня, да еще в темном парадном?! Не иначе, человеку не хочется быть узнанным. Почему? А может… Ей даже дурно сделалось при мысли, что этот малый следит за ней по особому распоряжению Геральда. Точно! Этот мерзавец, уезжая, оставил при ней соглядатая, чтобы тот потом доложил ему по минутам обо всем и обо всех, кто посмеет к ней приблизиться. Какая же скотина!..

Двери лифта распахнулись как раз в тот момент, когда она совсем уж было собралась идти к себе на седьмой этаж пешком. Без лишних опасений Верочка шагнула в кабину и вызывающе уставилась на незнакомца.

— Вам какой этаж? — спросила она, едва не фыркнув, когда тот замешкался с ответом.

— Девятый, — обронил мужчина после непродолжительного раздумья.

— Ага! Хорошо. — Она нажала кнопку седьмого и с плохо скрытой брезгливостью произнесла: — Как вам не стыдно!

— Что?!

Ему пришлось оглянуться на нее и даже чуть поднять голову, чтобы поймать выражение ее глаз. Для женщины она была достаточно высокой, и из того положения, в котором он стоял, рассмотреть ее лицо ему не удавалось. Потому и пришлось поднять голову.

Она смотрела на него очень смело и вызывающе. Странно это было как-то, если учесть, что видела она его впервые и знать о нем не знала ничего. Или… знала?! От того самого мента и узнала?! Черт! Ну, не нравится ему это дело, хоть режьте его на куски, не нравится. Ох, Инга, Инга, хочется верить, что ты понимаешь, что делаешь…

— Вам, должно быть, стыдно работать на таких людей? — спросила Вера все с тем же выражением гадливости на лице.

— На каких? — Тут он, к стыду своему, почувствовал, как по спине у него градом покатились мурашки. Чего не бывало никогда… — Что вы имеете в виду?

— Бросьте прикидываться! — вконец осмелела Верочка. — Вы же следите за мной, это очевидно! Как вам самому-то не противно!

Были бы у него силы, он бы остановил сейчас эту чертову кабину и умчался от этой ведьмы куда подальше. Что она такое говорит!!! Неужели она обо всем догадывается?! Тогда она должна бояться его пуще смерти самой, а она… просто издевается над ним.

— Уверяю вас, вы заблуждаетесь, — промямлил он потерянно и отвернулся от ее пронзительных насмешливых глаз, которые жгли его хлеще каленого железа.