Таким образом, Соколову оставалось управлять только городом Охотском, где и местной городской управе нечего было делать. Главное внимание Соколов обратил на изыскание средств для содержания своих служащих, из коих ни один не получал менее 100 рублей золотом в месяц. В связи с этим подвергались обложению торговые фирмы, золотые прииски, стали учреждаться всевозможные налоги и поборы, тяжесть которых в конечном счете ложилась на бедное камчадальское население. Обуза, которую представляло собой «районное управление», была настолько велика, а деятельность его так нагла, что ею возмутились даже пепеляевцы, которые в конце концов ликвидировали «охотский филиал» приморского правительства.

Неразберихой, царившей в Охотске, решил воспользоваться бандит Яныгин. Не довольствуясь хозяйничаньем в Булгино, с благословения Соколова и при участии корабельниковцев и бочкаревцев, однажды ночью он разоружил охотский гарнизон пепеляевцев и захватил власть в городе.

В предместье Охотска — Новом Устье — находилась еще одна «власть», именовавшая себя «Якутским областным управлением». В это «управление» входили купцы Антипов и Неустроев, учителя Сивцев, Афанасьев и Рязанский. Они были озабочены только одним — переброской никифоровских товаров через Оймяконский район на север для обмена их на пушнину. Оказанию же помощи пепеляевцам, ведущим борьбу в области против Советской власти, управленцы уделяли мало внимания.

Такой была та паутина, которой оплеталось местное население Охотского района. Безотрадная и беспокойная обстановка заставила камчадальскую бедноту открыто роптать против существующих порядков.

— Проваливали бы они все куда-нибудь поскорее, а то еще передерутся в городе… Пуля не разбирает ни своих, ни чужих.

— Нам лучше быть под Советской властью!

— Под ней сейчас вся Россия, да и худого от нее мы ничего не видели.

КОНЕЦ ПЕПЕЛЯЕВЩИНЫ

Вскоре после «яныгинского переворота» до Охотска дошли слухи, что пепеляевская дружина возвращается из-под Якутска в Охотск. Эти слухи помешали Яныгину разграбить город. Опасаясь генеральского гнева, он начал заискивать перед пепеляевцами, возвратил им оружие, а сам поспешил убраться в Булгино.

В начале апреля в Охотск прибыл с жалкими остатками своего отряда генерал-майор Ракитин. Его деморализованные «братья» еще больше способствовали начавшемуся разложению охотского гарнизона. Скоро пепеляевцы перессорились. У них образовались три непримиримых лагеря: капитана Михайловского, полковника Хутоярова и третий — Ракитина, который соблюдал «вооруженный нейтралитет».

«Якутское народное областное управление», получив первые вести о неудачах дружины под Якутском, начало открещиваться от пепеляевцев, заявляя, что в Якутию никто их не звал. Оно поторопилось наладить связи с якутской общественностью, сотрудничавшей с Советской властью, рассчитывая, что это в будущем поможет оправдаться за свои контрреволюционные делишки.

Некоторые члены «областного управления» спешно выехали из Нового Устья в тайгу, опасаясь за свои ценности и намереваясь пробраться на север, в Нижне-Колымское, а оттуда за границу. Глава управленцев Сивцев в тайге встретился с Яныгиным и полковником Хутояровым и был ими убит. Но вскоре и сами белобандиты Яныгин и Хутояров погибли в перестрелке с преследовавшим их отрядом красных.

Пепеляев с нетерпением ожидал прибытия в Охотск парохода или шхуны, чтобы убраться восвояси. А весна уже входила в свои права. Почерневшая тайга как будто ближе спустилась с гор и плотнее обступила город. Снег сделался ноздреватым и рушился с тихим звенящим шумом.

Ослепительное северное солнце постепенно прогревало глубоко промерзшую землю. Реки Охота и Кухтуй наполнялись мутной водой и готовились стряхнуть с себя ледяной покров. Наконец в одну из ночей реки загрохотали — лед тронулся. От берегов моря оторвалось ледяное поле и медленно отошло вдаль. С приливом лед возвратился обратно, но уже весь поломанный, нагроможденный причудливыми ледяными горами.

Теперь прибытия пароходов можно было ожидать самое большее через месяц. Но никто не предполагал, что с первыми двумя пароходами из Владивостока направятся войска 5-й краснознаменной армии.

Ранним утром 5 июня красные под прикрытием морского тумана высадились в двадцати верстах от города и форсированным маршем двинулись к Охотску. Начальник красного экспедиционного отряда С. С. Вострецав с небольшой группой бойцов направился прямо в город и без шуму занял штаб гарнизона. Остальные войска начали охватывать Охотск со всех сторон.

Вначале пепеляевцы приняли красных за яныгинцев, а когда опомнились, было уже поздно. Организованного сопротивления они оказать не могли, лишь небольшие группы засели в домах, отстреливались из-за углов.

Вострецов послал к обороняющимся захваченного в штабе гарнизона офицера-пепеляевца с сообщением, что в Охотск прибыла крупная часть регулярной Красной Армии, и предложил белым сдаться в плен. Вскоре после этого перестрелка прекратилась. Весь охотский гарнизон сдался, кроме генерала Ракитина, который предпочел застрелиться.