Читаем В гостях у дяди полностью

– О да, все экзамены на «отлично». Пойду туда же, куда и планировал: в университет имени Гёте, на журналиста. А ты?

– Хорошо экзамены сдала.

– Так всё-таки пойдёшь в медицинский?

Она покачала головой и вздохнула.

– Лишь бы хоть куда, где растёт трава, и нет забот.

Неожиданно Марта закрыла лицо руками и заплакала. На минуту Стефан опешил, пододвинулся к ней и обнял за плечики, погладил по голове.

– Что с тобой? Почему ты плачешь?

– Всё хорошо, – сказала она, прижавшись к его груди.

– Нет. Скажи!

– Извини, но не хочу нагружать своими проблемами. Ты мне ничем не поможешь…

– Ну хотя бы поделись… Ну же, не плачь, а то я сам сейчас расплачусь.

Он почувствовал, как саднит грудную клетку, в глазах защемило. Это её несколько успокоило, она отстранилась и вытерла слёзы.

– Дело всё в моей маме, Стефан. Господи, моя мать просто… идиотка!

– Марта, не говори так! Надо матерей уважать…

– Я её уважаю, но других слов подобрать не могу, когда она меня тащит ко дну. Вот посмотри на это! – Она указала на платье. – Как думаешь, сколько оно стоит? Пять чёртовых марок! Меня его мать заставила надеть, чтобы ей обидно не было, а я так хотела сказать, что оно мне незачем!

– Ты обижаешься на то, что она дарит тебе дорогие платья?

– Во-первых, они мне не нужны. Но самое главное то, что я бы её за это на руках носила, если бы было на что тратить. Чтобы купить это платье, она взяла в долг. У нас куча долгов, Стефан! Когда она накопила их со всех наших родственников – в то числе и среди тех, кто вообще в Нордеграунде живёт, – то она стала просить у друзей и знакомых!

– Ну, может, у неё трудности, квартира…

– Ха, как бы то ни было! Она уже старенькая, она полностью на моём содержании. Ты же знаешь, я работаю на том хлебозаводе и сама плачу за нас двоих. Это ладно, продукты и всё необходимое тоже есть… Но тут вот какая проблема: понимаешь, она вообще с детства жила в достатке. И замужем также, пока отец не умер… А потом она осталась одна, всё пошло под откос и… О боже!

– Погоди, Марта. Прошло уже пять лет, и неужели…

– Нет, сначала всё было хорошо, но как только она вышла на пенсию – вот тогда и распустилась. Господи, всю свою пенсию тратит на шляпы, выписки на журналы и на платья! Обедать в кафе для неё – ежедневный ритуал, обязательно чашечка кофе с круассанами, покупка пластинок, духов, шляп…

– Но зачем ей всё это?

– Господи, я не знаю! Я ей триста раз задавала этот вопрос, а она говорит: «Ну что же это, под старости лет и пожить-то нельзя?» Я ей объясняю, говорю: «Мамочка, у нас положение не очень, пожалуйста, давайте обойдёмся хотя бы без ежедневного обеда в кафе и чашки кофе. Мы можем и дома его попить; да, он не такой вкусный, но что поделать?». И при этом она смотрит на меня так, как ребёнок на новую технику, на иностранца – ей остаётся для пущей картины слюну пустить, честное слово!

Она замолчала, переводя дух. Грудь её вздымалась и опускалась, щёки покраснели, глаза налились кровью. Стефан почувствовал себя неловко; внезапно ему стали противны и Сократ, и пионы. Солнце скрылось за облаками, словно испугавшись этой внезапной вспышки гнева.

Стефан хотел приобнять Марту, но та зарычала:

– В общем, не знаю, что делать… У нас уже накапливается долг за газ; как бы это ни вылилось нам в ком, который приведёт к выселению. Я уже начала прятать от неё деньги под своим матрасом. Надеюсь, не найдёт.

– Если всё так печально, давай я поговорю со своим отцом. Он…

– Нет, спасибо. У вас и так с финансами не очень, но ещё раз спасибо за то, что ты пытаешься помочь.

Марта встала, Стефан подскочил.

– Ты куда?

Она обняла его.

– Извини, что нагрузила тебя. Не стоило мне срываться, в итоге встреча не удалась… Я просто хотела поделиться, я не хотела проявлять такие бурные эмоции… – Она виновато улыбнулась. – Давай встретимся как-нибудь в другой раз, ладно? Я тебе позвоню.

С этими словами Марта, не давая Стефану опомниться, убежала. Вдруг он услышал вдали грозу и поплёлся домой. Парк внезапно опустел.

2

Остаток дня Стефан провёл в своей комнате, слушал радио и разбирал вещи в шкафу в поисках заначки на велосипед. Он смог найти только две марки, спрятал их в кошелёк и подумал:

«Ну ничего. Как только устроюсь на работу, обязательно помогу Марте. Кстати, что там с дядей?..»

Вдруг в дверь постучали, и он вздрогнул. В комнату вошёл отец и сказал:

– Я созвонился с дядей Мартином, он ждёт тебя завтра в восемь утра у тридцать восьмого дома. Понял?

– Да. А что я буду у него делать? Какая зарплата?

– Спросишь у него. Он только сказал: «Мол, пускай приходит».

– Спасибо, папа. – Неожиданно Стефана осенило, и он сказал: – Папа, а почему с дядей у нас так?.. Ну, я же его видел один раз в жизни, мама категорически против его появления… Почему? Дядя вообще интересуется мной?

Отец нахмурился.

– Однозначно ответить на последний вопрос не могу… Может, и да, у него своя жизнь, полная редакторских хлопот. Правда, когда я ему объяснил ситуацию, что тебе нужна работа, он очень удивился, поинтересовался твоими делами… Не знаю. Дядя не особо привязывается, а что касается матери, то она изначально его не переносила.