Никакой другой труд здесь невозможен, страна не дает других продуктов. Трудно представить себе, каким образом можно было бы заниматься в этой местности земледелием или скотоводством, а если это даже представлялось бы возможным, то дало бы в четыре или в пять раз меньше, чем дает добыча каучука. Труд добывателя каучука оплачивается очень хорошо — по восьми или десяти долларов в день, и люди работают в надежде вернуться на родину богачами. Но надеждам этим никогда не суждено сбыться: гибельный климат сводит их преждевременно в могилу, а их место немедленно занимают другие. Зато владельцы больших каучуковых плантаций, загребающие деньги чужими руками, крупные богачи.

В Ремати-ди-Малис женщин меньше, чем мужчин, и нельзя сказать, чтобы они отличались красотой. По большей части это индианки или бразильянки из провинции Сеара, с очень смуглой кожей, черными вол осами и глазами и острыми, зазубренными, как у акулы, зубами. Здесь сталкиваешься с несообразностями, типичными для людей, впервые приобщающихся к культуре. Как правило, женщины ходят босые, что не мешает им тратить бешеные деньги на модные наряды, так как даже на верхней Амазонке существует свой «крик моды». Ярким, кричащим цветам отдается предпочтение; одно время в большой моде была красная юбка с зелеными звездами и желтыми горошинами. Женщины не жалеют денег на элегантные лакированные туфельки, которые они обыкновенно носят на босую ногу, и употребляют шелковые платки, надушенные парижскими духами, за флакон которых платят от 14 до 15 долларов. Разряженная таким образом в особо торжественные дни, с неизменной трубкой во рту, здешняя женщина представляет весьма любопытную картину.

Глава II ОБЩЕСТВЕННАЯ ЖИЗНЬ В РЕМАТИ-ДИ-МАЛИС

бщественная жизнь в поселке находится приблизительно в той же стадии развития, на какой она, должно быть, стояла в каменном веке. Когда наступает темнота, а это случается круглый год в шесть часов, жизнь фактически замирает, и через два-три часа все обретаются уже в своих гамаках.

Правда, имеется так называемый «Народный Дом», куда собираются по вечерам добыватели каучука. Обладая толстыми пачками денег, они стараются истратить их с возможно меньшей затратой сил, что им и удается за карточным столом. В Народном Доме имеется биллиард и граммофон с тремя испорченными пластинками. Граммофон и биллиард работают без перерыва. Потребуется много лет среди культурной обстановки, чтобы изгладить из памяти эти три хриплые мелодии, которые приводили меня в бешенство во время пребывания в Ремати-ди-Малис. Никаких других культурных развлечений Народный Дом не предоставляет — владельцам каучуковых плантаций выгоднее не поднимать культурного уровня своих рабочих.

Неподалеку имеется еще харчевня, посещаемая главным образом неграми и метисами. Здесь часами распевают монотонную туземную песню под аккомпанемент гитары и самодельного инструмента, напоминающего мандолину.

Местные мужчины не так щеголеваты, как женщины. Хотя все они зарабатывают большие деньги, но тратят их на наряды жен, а о своем костюме не заботятся и ходят даже обтрепанными. Однако, несмотря на эту кажущуюся бедность, нет ни одного добывателя каучука, какой не смог бы в любой момент вытащить из кармана такую пачку кредиток, что вызвал бы зависть многих богатых ньюйоркцев. Сумма достигает иногда миллиона рейс и может вызвать изумление у иностранца, не знающего, что тысяча бразильских рейс равняется только тридцати нашим центам.

Не имея других развлечений, местные жители пристрастились к карточной игре. В период дождей они иногда целыми ночами просиживают за картами, причем ставки так высоки, что сделали бы честь даже крупным игрокам Нью-Йорка. Несмотря на это, в игре они проявляют поразительное хладнокровие. Я видел игрока, который, не моргнув глазом, проиграл три с половиной миллиона рейс; правда, на наши деньги это составляло только 1020 долларов, но все же и эта сумма весьма значительна для рабочего.

Один раз в месяц из Икитоса, лежащего в Перу, в пяти днях пути вверх по Амазонке, приходит баркас. Его отправляют торговцы Икитоса, чтобы снабдить необходимыми продуктами жителей каучуковых плантаций, расположенных вдоль многочисленных притоков Амазонки. Страшно подумать, какие страдания пришлось бы пережить жителям, если бы баркас не достиг своего назначения: население этого района, как я уже говорил, питается исключительно привозными продуктами, и запасов у них совершенно нет.

С внешним миром Ремати-ди-Малис связан пароходами, которые только в период дождей имеют возможность без затруднения подняться из Атлантического океана по Амазонке вверх до самого поселка; в остальное же время года река Жавари несудоходна.