Тогда Томас был слишком зол, однако с тех самых пор эта фраза непрерывно крутилась у него в подсознании. Ведь непорочное зачатие не имеет никакого отношения к рождению Христа, да? Сейчас Томас почти не помнил всего этого, однако был уверен, что речь шла о рождении Девы Марии, единственного человека после Адама и Евы, появившегося на свет без пятна первородного греха.[20]

Нахмурившись, Томас перестал повторять знакомые слова, и голос сестры Роберты продолжал звучать один:

— Да приидет Царствие твое; да будет воля Твоя и на земле…

Сонливость, сползание к скорби как рукой сняло.

— Во веки веков. Аминь.

У Томаса в памяти всплыли другие слова о том, что иногда Господь считает нужным карать за грех чудесами. Карать? Стигматами?

Стигматы — символ набожности, проявление святого поклонения распятому телу Христа.

«Да приидет царствие Твое…»

Сейчас многие католики уже не обращали внимания на это, но клариссинка, конечно же, должна знать.

«Во веки веков».

Особенно поскольку самым знаменитым из всех стигматиков был…

— Святой Франциск,[21] — прошептал вслух Томас. Тут до него дошло, что сестра Роберта уже не стоит на коленях рядом с ним. Она оказалась у него за спиной.

Глава 43

Чума пришла в движение, не завершив молитву. Найт казался ей рассеянным, уставшим, на грани слез, на что она и рассчитывала с самого начала. Бесшумно поднявшись с земли, Чума достала из кармана на груди маленький «вальтер», одним небрежным, умелым движением навела пистолет на затылок Томаса и сдвинула большим пальцем рычажок предохранителя.

Только два выстрела, затем неглубокая могила, вырытая в пепле и пемзе на дальнем склоне вулкана, где почти не бывает туристов. Возможно, пройдут годы, прежде чем труп будет обнаружен.

«Католики не произносят эти две последние строчки как часть мессы. В богослужении они звучат как ответ паствы священнику», — подумал Томас.

«И не введи нас во искушение, — мысленно услышал он голос священника, перепрыгивая через край кратера, и позади прозвучали выстрелы. — Но избавь нас от лукавого…»

Чума выругалась, увидев, как пули прошли над головой нырнувшего в кратер Найта.

Черт побери, что произошло?

Найт просто прыгнул в жерло, словно догадавшись о том, что она собирается разбрызгать его мозги по всей этой чертовой горе.

Чума бросилась вперед, проклиная неуклюжие, звенящие сандалии. Подняв пистолет, она приблизилась к краю, смотря в прорезь прицела. Томасу негде там спрятаться. Конечно, это будет неудобно. Придется вытаскивать труп туда, где можно будет его зарыть, но она все равно прикончит ублюдка, заставит заплатить за лишние хлопоты.

Упав в кратер, Томас покатился, стараясь остановиться, чтобы хоть как-нибудь оглядеться по сторонам. Здесь было темно, но не настолько, чтобы убийца потеряла его из виду. Найт попытался вцепиться в многообещающий выступ, промахнулся и пролетел еще десять футов. На какую-то долю секунды он увидел лжемонахиню, с сосредоточенным лицом стоявшую на краю кратера, в развевающейся рясе, освещенную последними лучами угасающего солнца. Из дула поднятого пистолета вырвалась вспышка.

Отголосок выстрела донесся через мгновение, и в нескольких дюймах от головы Томаса пуля выбила фонтанчик вулканического пепла.

Тут он налетел на край скалы, торчащей из сыпучей стенки жерла, подобно выброшенному на берег киту, больно ударился, ухватился за нее, останавливая падение, и только тогда поморщился от боли в пальцах. Камень был горячий.

Чума в спешке сделала два выстрела и промахнулась. Она заставила себя спокойно вдохнуть и прицелиться, но тут беспорядочное падение Найта завершилось остановкой, поскольку он вцепился в торчащую из пепла каменную глыбу. Пуля, выпущенная с учетом движения цели, пролетела мимо и отскочила рикошетом от камня в футе ниже Найта. В то же мгновение он нырнул за скалу, скрываясь из вида.

Ярость Чумы вспыхнула с новой силой. Проверив обойму в пистолете, она начала осторожно спускаться в жерло.

Нижнюю часть скалы покрывали трещины. В сгущающихся сумерках видно было плохо, но Томас разглядел щель, изрыгающую тонкие струйки горячего пара. Почувствовав себя в безопасности, он сразу же оторвал руки от камня, подставляя их воздуху. Волдырей не будет. Если не считать небольшого покраснения, ничего серьезного не произошло. Подобрав осколок камня, Томас приготовился и стал ждать Роберту.

Где-то с минуту стояла полная тишина, но двигаться по такой поверхности, не пуская вниз по склону ручейки крошечных камешков, было невозможно, и Томас услышал убийцу, когда та спустилась в жерло на один или два шага.

«Как бы ты поступил на ее месте?»

Чума остановилась, широко расставив босые ноги. Неудобные, шумные сандалии она оставила на гребне кратера. Сжимая пистолет обеими руками, женщина медленно повела им из стороны в сторону, глядя вдоль ствола, как ее и учили. Найт мог укрываться за камнем или выбираться из-за него с любой стороны. Лучше всего будет зайти сверху. Поставив ногу на камень, Чума наступила на него.