Читаем В аду места нет полностью

Голоса их умолкли, и дверь закрылась. Брейди приоткрыл глаза. Воя комната была в паутине — гигантские серые сети протянулись от стены к стене и тихо покачивались.

Он закрыл глаза и поглубже вздохнул, стараясь побороть охвативший его ужас. Когда он снова открыл их, паутина почти рассеялась.

Он лежал на узкой кушетке, стоявшей у стены в маленькой комнатке. Свет лампы, затененной абажуром, падал на него сверху; занавески на окне были задернуты.

Брейди спустил ногтя на пол и немного посидел на краю постели, прежде чем попробовать встать. Во рту у него был отвратительный вкус, язык был сухой и распухший. Что бы там ни было в этом кофе, действовал он отменно — просто отменно.

Он встал и, пошатываясь, прошел через комнату; потом постоял, прислонившись к стене, и вернулся к кровати. Через некоторое время паутина рассеялась окончательно; что-то как будто вдруг щелкнуло, и все стало снова таким, как всегда.

Дверь была надежно заперта, фрамуги наверху тоже не было. Брейди присел на край кровати, обдумывая положение. Ему нельзя было терять времени.

В эту минуту поиски полиции уже, вероятно, перекинулись в Лондон. Ему нужно выйти отсюда. Потом он вспомнил, что Сомс говорила об Энни. Что-то насчет дружка в Порт-Саиде, который знает, как следует обращаться с юными дарованиями.

Он провел слишком много времени, работая на Ближнем Востоке, чтобы счесть это замечание пустой угрозой. Брейди быстро подошел к окну и отдернул занавеску. Рама легко поднялась, и он выглянул наружу.

Он находился на верхнем этаже здания; сад простирался внизу, в темноте, где-то в сорока футах под ним. Ближайшее окно было не менее чем в десяти футах слева от него и дотянуться до него не представлялось ни малейшей возможности.

Брейди закрыл окно и вернулся к постели. С минуту он раздумывал над сложившимся положением, потом подошел к двери и стал колотить в нее кулаками.

Через некоторое время в коридоре раздались торопливые шаги и разъяренный голос Карла:

— Кончай балаган, Брейди, не то я войду и разделаюсь с тобой!

Брейди опять забарабанил по двери, и немец сквозь зубы выругался.

— Ну, хорошо же, ты сам напросился.

Когда ключ щелкнул в замке и ручка повернулась, Брейди всей своей тяжестью навалился на дверь. Карл выругался и толкнул сильнее. Брейди еще с минуту подержал его так, потом отскочил назад.

Дверь с грохотом распахнулась, Карл влетел в комнату и плашмя повалился на пол; его револьвер отлетел в сторону.

Он стал подниматься; Брейди подбежал и с силой ударил его ногой в живот. Карл со стоном осел; Брейди схватил револьвер и вышел из комнаты, заперев за собой дверь.

Он спустился по лестнице на нижнюю площадку и сразу понял, где он находится. Кабинет был напротив; он с минуту постоял за дверью, прислушиваясь, потом осторожно повернул ручку.

Сомс что-то читала; круг света от лампы падал на письменный стол. Брейди тихонько подошел ближе и остановился, наблюдая за ней из полумрака.

Должно быть, у нее сработала интуиция — женщина неожиданно подняла глаза; она выглядела удивительно строгой и чопорной в очках в роговой оправе.

— Сюрприз, сюрприз! — сказал Брейди тихо.

Она положила ручку и спокойно спросила:

— Что вы сделали с Карлом?

— Он вдруг почувствовал себя очень усталым, — объяснил ей Брейди. — Вот я и оставил его, чтобы он как следует выспался.

Она как бы ненароком потянулась к ящику в столе, и Брейди предупреждающе поднял револьвер.

— Только попробуйте, и я прострелю вам руку.

Когда она снова заговорила, голос ее был по-прежнему спокойный, но пара глубоких морщин пролегла между глазами.

— Чего вы хотите?

— Для начала — девушку.

Она невозмутимо закурила и покачала головой.

— Вы опоздали, красавчик. Она уже на судне «Конторо» в лондонской гавани, и через час они отчаливают.

— Что за игру вы ведете? — спросил он.

Женщина пожала плечами.

— Тут нет никакой игры. Я ведь сказала вам, Брейди, что мне надо избавиться от нее. Слишком уж она много знала.

— И вы решили заодно получить кое-что взамен?

— Вот именно, и вы тут ничего не можете поделать — ровным счетом ничего.

— Вот как? — в голосе его были лед и угроза. Брейди пригнулся, почти упираясь револьвером ей в грудь. — Если корабль выйдет раньше, чем мы сумеем спасти ее, я пущу вам пулю в живот — обещаю. Вы крупная женщина, так что перед смертью вам придется помучиться.

В первый раз ее спокойствие дало трещину.

— Вы не посмеете.

— Мне нечего терять, — сказал он.

Она медленно встала.

— Сомневаюсь, что мне удастся забрать ее. Я уже получила свою долю от капитана Скироса, и он надеется кое-что заработать на этой сделке, когда судно придет в Порт-Саид.

— Сколько он дал вам?

— Пять сотен.

— Берите-ка их лучше, да поживее, — сказал ей Брейди. — Время не ждет.

Женщина сняла со стены картину и открыла маленький сейф. Спустя мгновение она вернулась к столу с пачкой пятифунтовых банкнот, перетянутых резинкой.

Брейди взял у нее деньги и сунул к себе в карман.

— А теперь мы немного прокатимся. У меня машина на улице. Вы сядете за руль.

— А что будет, когда мы приедем в гавань?

Брейди пожал плечами.

— Там видно будет.