И это в лучшем случае! Разве что Папа Пий Бенедикт Третий, сухонький старичок и хозяин сегодняшней встречи, а заодно и правитель Ватиканского Папского Престола, государства, возникшего на месте Италии, именуемого ещё Папской Республикой, у меня особого опасения не вызывал. Во всяком случае, по этому вопросу, потому как, даже если ему и придёт в голову подарить мне какой-нибудь женский монастырь, вряд ли тот будет битком набит развратными монашками из какого-нибудь аниме.

Зато по другим вопросам я параноил в своё удовольствие. Церковники, пусть и вроде бы как «наши», православные, слишком уж часто мелькали в моём прошлом и настоящем, чтобы вот так вот относиться к людям от религии легкомысленно. Ведь хрен его знает, какие они там с нашим Патриархом шашни крутят!

Вот, например, на хрена он несколько раз перекрестил мою удивлённую супругу-богиню? Надеялся, что задымится или закричит от боли, как натуральная демоница? Короче с этими ребятами, гордо носящими разнотипные крестики, нужен глаз да глаз. Как минимум до того момента, когда окончательно не станет ясна их роль в нашей истории.

Наконец череда желающих нас потискать иссякла, и мы сумели усесться на свои места. В зале тут же началось шевеление, и буквально через полчаса более-менее воцарилась тишина.

С одной стороны — бардак! Организация мероприятия явно хромала. То же паломничество к нам с Иви явно выбивалось из всякого протокола. Но с другой — обычно подобные саммиты готовятся за несколько месяцев, а то и за полгода. Согласовывают, расписывают не только «кто», «куда», «зачем» и «как», но и порой точное количество шагов высчитывают, которое должен сделать какой-нибудь королёк, прежде чем заговорить, дабы не быть приниженным в глазах Старейшины племени Тумба-Юмба.

Так что можно считать, что раз никто никого не убил и у меня не украли ни одну их жён, то в итоге всё прошло хорошо, и организаторы сделали всё, что могли. Всё-таки трудно угодить толпе правителей и куче одарённых шестых и седьмых рангов, которых первые притащили вместе с собой.

— Объявляю внеочередной саммит Консорциума наций в Римском формате открытым! — на правах председателя слово взял Пий Бенедикт Третий, поднимаясь со своего мега-кресла, опираясь на папский посох. — На повестке дня у нас сегодня один вопрос! А именно, Новый мир, доступ в который открыл для жителей Земли герцог Ефимов-Гогенцоллерн, и откуда прибыла наша очаровательная эльфийская гостья. Представители Российской Империи просили предоставить им слово. Учитывая обстоятельства, я не вижу причин отказать. А потому — прошу!

Глава 5

— Благодарю за оказанную мне честь, Ваше Святейшество Председатель, — ровным, достаточно дружелюбным тоном произнёс Российский Император, при этом искусно подчёркивая голосом, что с одной стороны, его слова не пустая формальность, а с другой — он здесь всё же один из первых среди не совсем равных. И только после этого поднялся со своего места. — Начну, пожалуй, с главного! Того, ради чего мы все здесь собрались. Мы, Император и Самодержец Всероссийский Святослав Андреевич Вершинин, рады сообщить почётному собранию о том, что десятого июня две тысячи тридцать шестого года от рождества Христова герцогом Российской Империи первопроходцем Кузьмой Васильевичем Ефимовым был открыт иной мир, пригодный для жизни человека!

После этих до предела формальных слов, произнесённых торжественным голосом, тесть выдержал мастерскую театральную паузу. В зале в этот момент воцарилась бы идеальная тишина, если бы не прекрасно слышимый стук пальцев по клавишам ноутбуков и приглушённое попискивание планшетных клавиатур. Главные же действующие лица внимательно вслушивались в свои авто-переводчики, дожидаясь окончания вступительной речи Его Величества.

Правда, не все сохраняли на лицах спокойствие. Так, например, благодаря открытой шестой чакре, дарующей «Третий Глаз», я заметил, что американскому президенту явно не понравилось, что вступительное слово было отдано русским. Скорее всего, всё дело было в подковёрных договорённостях с Папским Престолом, возможно, он хотел сам начать это заседание, поведя его в ключе, выгодном для национальных интересов Американской Либерократии. Ведь даже я знаю, что первый докладчик во многом формирует дальнейшую повестку любого заседания.

А вот Максимке было, похоже, всё равно, но ровно до тех пор, пока моя бабушка не прошептала ему на ухо что-то, после чего он слегка насупился. Ну, тут всё было понятно — Виолета Семёновна явно прореагировала на то, что не было упомянуто моё двойное герцогство, да и имя моё она упорно произносила на германский манер, а тесть исключительно на русский.

Реакция же остальных была, в общем-то, не очень-то и важна. Разве что китайский Кормчий, румяный невысокий мужичок, чему-то мягко улыбался, привычно щурясь словно с агитационного плаката. Ну и польский король явно дёрнулся, когда Святослав Андреевич назвал меня «первопроходцем».