Читаем Узник опала полностью

– Взять, к примеру, Жанну Коризо. Конечно, светский человек вроде вас знает кое-что о подобных женщинах. Некоторые из них выходят замуж, некоторые хранят деньги в надежном месте, но большинство исчезает в забвении, когда молодость проходит. – Ано сделал жест, словно бросая камень в воду. – У них нет друзей, которые интересовались бы их судьбой. Какая-нибудь женщина, зайдя в кабаре среди ночи, скажет: «Странно! Я уже месяц не вижу малютку Фифи!» И все – малютка Фифи канула в вечность. Она умрет в сточной канаве, если уже не умерла. Вы согласны со мной?

– Да, – кивнул «светский человек».

– Только одно обстоятельство спасло от подобного забвения Жанну Коризо, – продолжал Ано. – Ее родители – пожилые крестьяне, владеющие маленькой фермой около Фонтенбло,[56] – годами существовали за счет подарков дочери. Каждый год они получали немного денег на покупку земли, и каждый год Жанна и ее любовник наносили им визит. Они приезжали в автомобиле, завтракали в гостиной с салфеточками, а потом сидели на крыльце, покуда все члены семьи по очереди подходили к ним, получая несколько любезных слов и несколько банкнот. Это не должно вас шокировать, друг мой! Коризо – далеко не единственное подобное семейство. Можете мне поверить!

Затем один год проходит без подарков и традиционного визита. Семья Коризо испугана. Неужели Жанна повернулась спиной к бедным родственникам? Нет, она славная девочка! Узловатые старческие пальцы с трудом пишут ей письмо, которое возвращается за отсутствием адресата. Раджа отплыл на восток, и Жанна Коризо исчезла – вместе с деньгами и драгоценностями.

Теперь я подхожу к упомянутому обстоятельству, – продолжал Ано. – Жанна Коризо составила завещание, разделив все свое состояние между родственниками, и это завещание хранилось в ореховом бюро гостиной ее родителей. Эти сокровища не должны пропасть – нужно принять какие-то меры! Поэтому депутация семейства Коризо, состоящая из старика отца и одного из сыновей, постучалась в дверь Сюртэ-Женераль. Дело передали мне, и я думал, что оно не составит труда. Жанна была аккуратной девушкой и, чтобы избежать осложнений, скрупулезно указала в завещании, какая из драгоценностей отходит к какому члену семьи. Доминик Пушетт в общих чертах описал вам действия, которые мы предприняли, но это ничего не дало. Если какой-то мошенник завладел этими драгоценностями, он как следует затаился вместе с ними. Однако вскоре мы получили известия о самой Жанне. Она приезжала в Бордо зимой, мы выследили ее, но ей снова удалось скрыться. Вчера я говорил вам, что прибыл в Бордо по другому делу, а не из-за преступления в Шато-Сювлак. Этим делом была Жанна Коризо, и сегодня Доминик Пушетт сообщил мне о ней первые сведения. Но я узнал кое-что еще. К примеру, то, что в прошлом году в Бордо, помимо Жанны Коризо, исчезли еще три женщины.

Детектив понизил голос и склонился вперед подальше от окна, дабы быть уверенным, что никто их не подслушивает.

– Еще три? – воскликнул Рикардо.

– Да, – кивнул Ано. – Такого же сорта, как я вам описал. Женщины, исчезновения которых почти никто не замечает. Меня интересует, не приходила ли вдова Шишоль поздно вечером в квартиру мосье Пушетта, чтобы продать ему по дешевке какие-то их побрякушки.

Мистер Рикардо откинулся назад – его радостного возбуждения какие бывало. Исчезновение трех женщин, тайные визиты женщины с дурной репутацией по вечерам к ювелиру, тот факт, что по крайней мере одна из драгоценностей Жанны Коризо была предложена ей для продажи, – все это придавало зловещий смысл наличию у псе ожерелья Эвелин Девениш.

– Это ожерелье не было украдено, – заявил Рикардо. – Пушетт купил его за девять дней до гибели Эвелин Девениш. Она бы хватилась ожерелья, если бы его украли. Очевидно, Эвелин рассталась с ним по своей воле в тот день, когда мы встретились в пещере мумий, за определенную цену. – Ему вновь представились гостиная Шато-Сювлак и пламя ненависти в глазах Эвелин Девениш, когда Робин Уэбстер склонился над стулом Джойс Уиппл. Но в итоге цену заплатила сама Эвелин!

Мистер Рикардо посмотрел на Ано, который курил сигару, такую же черную, как его сигареты.

– Вы думаете, что Джойс Уиппл находится в Шато-Мирандоль?

Детектив не ответил.

– Вы подозревали это вчера, повторяя всем, что местность находится под наблюдением полиции?

– Я принял меры предосторожности. На большее не имел права. Вспомните, что я сделал еще одно предупреждение.

– Да, насчет второго убийства. Но отчаянные люди не обращают внимания на предупреждения.

Ано ответил с тщательностью, свидетельствующей о том, что он скорее старается убедить самого себя, чем своего компаньона:

– Мирандоль знает о моих подозрениях относительно его дома. С этой целью я посетил его, упомянул о следах колес на дороге и уронил маску. Его дрожащие руки показали, что он все понял. Они не осмелятся совершить еще одно преступление в этом доме. Если молодая леди там, они постараются забрать ее оттуда ближайшей ночью.

– Они поведут ее к реке! – воскликнул Рикардо.