Читаем Уже мертва полностью

Было здесь и множество книжек в мягкой обложке, включая научную фантастику на английском и французском языке. Многие входили в число моих любимых: Воннегут, Ирвинг, Макмертри. Но большинство книг посвящалось описанию преступлений, жестоких убийств, преследованию людей душевнобольными, психопатами. Их названия говорили сами за себя. А одну из полок заполняли книги исключительно о серийных убийцах: Бодене, Мэнсоне, Банди.

— По-видимому, Тэнгуэй и Сен-Жак состоят в одном и том же литературном обществе, — сказала я.

— Вероятно, эта скотина и есть Сен-Жак, — ответил Бертран.

— Нет, этот тип, в отличие от того, чистит зубы, — произнес Райан.

— Когда он ощущает себя Тэнгуэем, тогда и чистит.

— Судя по книгам, увлечений у него куча, — сказала я, еще раз внимательно осматривая пестрые ряды книг на полках. — Этот тип владеет и английским, и французским и страдает навязчивыми идеями.

— Почему вы так решили? — спросил Райан.

— Взгляните.

Они присоединились ко мне.

— Здесь все книги выстроены в алфавитном порядке по темам. — Я обвела рукой несколько полок. — Внутри каждой тематической группы — по фамилиям авторов. Книги одного и того же автора стоят с учетом года издания по возрастанию.

— Разве это не обычное явление? — спросил Бертран.

Мы с Райаном уставились на него в изумлении. Очевидно, он не любил читать.

— Посмотрите, как четко вписываются книги в полку.

— Кстати, он и трусы с носками так раскладывает — ровно вдоль линии стенки.

— Может, все эти книги он выставил для друзей. Чтобы думали, какой, мол, умный, — предположил Бертран.

— Нет, — возразила я. — Во-первых, на них нет пыли. Во-вторых, сверху видны краешки закладок. Он отмечает какие-то места и, наверное, возвращается к ним. Надо не забыть обратить на эти закладки внимание Жилбера. Весьма любопытный момент, может сыграть важную роль.

— М-да. Какую только дрянь он не читает! — протянул Бертран.

— Это еще что, — ответила я, только сейчас замечая собрание на самой верхней полке. — Взгляните-ка вон туда. Он увлекается не только романами об убийцах, но и вещами посерьезнее.

Оба детектива проследили за моим взглядом.

— Вот это да! — воскликнул Райан. — «Анатомия Грея». «Справочник по практической анатомии». «Цветной атлас анатомии человека». «Руководство по анатомированию». «Организм человека». Бог мой! Вы только взгляните на это! «Законы хирургии». У него этого дерьма больше, чем в библиотеке медицинского колледжа! Как видно, ему хорошо известно, что представляет собой изнутри человеческое тело.

Райан достал рацию:

— Пришлите сюда Жилбера и его команду. Остальным вдавиться в землю и ждать этого скота. Только не спугните его, когда он объявится.

Райан отдал еще какие-то распоряжения. Бертран продолжал рассматривать книги.

Я по-прежнему слышала приглушенное жужжание.

Бзз. Бзззззззззззз. Бзз.

— Эй, а это, кажется, по вашей части! — вдруг воскликнул Бертран. Рукой в носовом платке он вытащил с полки какую-то книгу и положил ее на стол.

«Американский антрополог». Тысяча девятьсот девяносто третий год.

Я могла и не раскрывать эту книгу. Одну из статей, вынесенных отдельным пунктом в оглавление, я знала почти наизусть. Статью Гэбби. Вид этой книги как будто выбил почву у меня из-под ног. Мне нестерпимо захотелось убежать отсюда. От желания очутиться в безопасности и беззаботности солнечной субботы, от желания дождаться звонка своей лучшей подруги, чтобы обсудить с ней совместные планы на вечер, мне стало дурно.

«Воды. Плесни холодной воды себе на лицо, Бреннан».

Я шагнула к двойным дверям и пнула их ногой, ища кухню.

БЗЗЗЗ. БЗЗЗЗЗЗЗЗ. БЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗ. БЗЗ.

В этом помещении не было окон. Электронные часы справа освещали кухню зловещим оранжевым сиянием. Я разглядела три белых пятна — раковину, плиту, холодильник. И, нащупав на стене выключатель, щелкнула им, наплевав на осторожность.

Пробравшись нетвердыми шагами к раковине, я крутанула ручку, зажав ее между щекой и тыльной стороной ладони, и сполоснула лицо холодной водой. Когда развернулась, увидела в проеме двери фигуру Райана:

— Со мной все в порядке.

По кухне закружили перепуганные неожиданным вторжением мухи.

БЗЗЗ. БЗЗ. БЗЗЗЗЗЗ.

— Будете? — Райан протянул мне упаковочку мятных леденцов.

Я достала один:

— Спасибо. Слишком уж сегодня жарко.

— Это, надо полагать, кухня.

Прямо мимо его щеки пролетела крупная муха.

— Черт возьми! Чем этот сукин сын здесь занимается?

Наши взгляды одновременно упали на странные коричневые пятна на одном из столов, на два каких-то предмета. На бумажных полотенцах под ними темнели большие жирные круги. Над предметами нервно кружила стая мух: то приземлялась на них, то поднималась в воздух.

Слева лежала хирургическая перчатка, парная той, которую сегодня утром мы вырыли из земли. Мы подошли ближе, спугнув мух.

Я разглядела оба съежившихся предмета и невольно вспомнила о пауках и крысах в тех ужасных проходах. Я вдруг поняла, на что именно смотрю, хотя в реальной жизни ничего подобного никогда не видела.

— Это лапы.

— Что?

— Лапы какого-то животного.

— Вы уверены?

— Переверните какую-нибудь.

Он перевернул. Авторучкой.

— Видите обломки костей?