Читаем Уже мертва полностью

— Гэбби переехала к тебе. Потом неожиданно исчезла. Непременно следует подключить к этому делу копов.

— Тогда Клодель так рассвирепеет, что тут же мне назло отыщет и арестует убийцу ночных сорочек.

— Убийцу ночных сорочек? Темпе, по-моему, ты слишком часто общаешься с полицейскими.

«Тьфу, — мысленно произнесла я. — Убийца чучел, а не ночных сорочек».

— У нас есть еще один редкий экземпляр. Несколько лет он проникает в чужие дома, набивает тряпьем женские ночные сорочки, протыкает их и уходит. Его называют убийцей чучел.

— Если это длится вот уже несколько лет, значит он отнюдь не глупец.

Чучело. Сорочка.

Джей Эс что-то добавил, но я не услышала его слов. Мои мысли заработали в новом направлении. Чучело. Белье. Нож. Шлюха по имени Жюли, соглашающаяся играть в игры с сорочкой. Рисунок. Газетные вырезки, найденные на улице Берже, одна — статья об убийце чучел, другая — моя фотография, помеченная знаком «X». Череп в моем садике. Лицо Гэбби, перекошенное от страха. Хаос в комнате для гостей.

— Я должна идти, Джей Эс.

— Темпе, пообещай, что последуешь моему совету. Вполне вероятно, что псих твоей Гэбби и есть тот самый Сен-Жак, которого вы встретили на Берже. Он может убить тебя. Ты в огромной опасности. Ты стоишь у него на пути, мешаешь ему. Вы нашли у него твою фотографию. И возможно, череп Грейс Дама принес в твой сад именно он — человек, который знает о тебе все. Ему всегда известно, где ты находишься. Будь предельно осторожна.

Я не слушала его. Мысленно я была уже совсем в другом месте.

На то, чтобы пересечь центр и отыскать в Мейне свою аллею, у меня ушло полчаса. Когда я перешагивала через раздвинутые ноги какого-то пьяницы, что сидел у стены, качая головой, он улыбнулся, поднял кулак и разжал его, протягивая мне ладонь.

Я достала из кармана долларовую купюру и отдала ему, надеясь, что пьяница в качестве благодарности присмотрит за моей машиной.

Мейн заполоняли его ночные обитатели: попрошайки, проститутки, наркоторговцы и туристы. Коммерсанты и торговцы, бесстрашные в хмельном веселье, стояли тут и там отдельными группками. Для некоторых посещение ночного Мейна — шумная игра, для других — безрадостная реальность. Добро пожаловать в отель «Сен-Лоран».

В отличие от предыдущей прогулки по Мейну, на сей раз у меня был четкий план. Я сразу направилась к Сен-Катрин в надежде найти там Джуэл Тамбо. У отеля «Гранада» стояла уже привычная для меня смена, но Джуэл я не увидела.

Перейдя улицу, я оглядела женщин. Ни одна из них не подняла с земли камень. «Уже хорошо», — решила я.

В прошлый раз я четко усвоила, чего здесь делать не стоит. Как поступить сейчас, я не знала.

Я стараюсь придерживаться в жизни одного правила: ес ли сомневаешься, то не покупай, не говори, не предпринимай. Нарушишь это правило, значит обязательно потом пожалеешь. Я вспомнила свое красное платье с кружевным воротником, письмо, написанное и отправленное вице-канцлеру в порыве гнева. Нет, на сей раз я не захотела рисковать.

Поэтому скинула осколки стекла с бетонного блока, уселась на него, вытянув ноги, и уставилась на «Гранаду». И принялась ждать. Ждать. Ждать.

Некоторое время «мыльная опера» вокруг даже занимала меня. Эпизоды из жизни ночного Мейна. Прошел час, другой, третий. Я наблюдала за бесконечным процессом обольщения и использования. Падшие дети двадцатого века. Молодые и безнадежные.

Я играла в игру, придумывая разные названия, но к трем часам у меня пропал интерес ко всем и вся. Я чувствовала себя уставшей, удрученной и измученной. Я предполагала, что работать наблюдателем отнюдь не весело, но не думала, что это настолько изматывает. За несколько часов, проведенных у «Гранады», я составила в уме длиннющие спис ки, мысленно написала несколько писем, которые никому не собиралась отправлять, сыграла в десяток разных мозговых игр-тренингов. Проститутки, их клиенты и сутенеры появлялись и исчезали. А Джуэл Тамбо так и не пришла.

Я поднялась с блока и поплелась прочь. Зад будто онемел.

«Больше никогда не стану сидеть на бетоне», — подумала я.

И проститутку, которая, быть может, работает в эту ночь в другом месте, ждать никогда не буду.

Я уже отошла на приличное расстояние, когда мое внимание привлек звук подъехавшей к «Гранаде» машины. Я оглянулась и увидела выходящую из нее женщину с оранжевыми волосами и знакомым мне лицом.

Джуэл Тамбо захлопнула дверцу, наклонилась и сквозь раскрытое окно что-то сказала водителю. А несколько мгновений спустя, когда машина тронулась с места, уже присоединилась к двум другим женщинам, сидевшим на ступенях отеля. Освещенные пульсирующим неоновым сиянием, они почему-то напомнили мне троицу домохозяек, которые сплетничают на крыльце деревенского дома. Их смех наполнял предрассветный воздух веселым звоном. Я зашагала назад.

Бурная жизнь Мейна стихала. Искатели приключений разбредались по домам, мусорщики только-только появлялись. Я увидела, как Джуэл поднимается со ступени, одергивает мини-юбку из спандекса и неспешной походкой, раскачивая бедрами, направляется мне навстречу.

— Джуэл?