Читаем Ужас глубин полностью

— Предупредите нас, когда соберетесь высаживаться на берег, — сказал Маркус, — для того чтобы наш флот знал о вашем появлении. Вы же знаете, какие они нервные.

— Только не говори, что вы не хотите разбомбить наших людей к чертовой матери за то, что они воюют с вашими солдатами.

— Я бы с радостью, — возразил Маркус. — Но у меня сейчас проблемы посерьезнее. Да и в любом случае всем вам скоро конец.

Геттнер зависла у них над головой, создавая могучий ветер. Барбер спустил канат с ремнями.

— Как неудачно получилось с этой буровой, — заметил Олливар. — Если бы у вас было побольше мозгов, вы бы разогнали ваш так называемый военный флот и убрались с Вектеса к чертовой матери.

Дом думал о разговоре с пиратом всю дорогу до военно-морской базы, скрестив руки на груди и закрыв глаза, чтобы никто не вздумал приставать к нему с болтовней. Он не знал, сможет ли выдержать еще одну эвакуацию. С него хватило бегства из Хасинто в Порт-Феррелл, а потом на Вектес. Настал момент, когда легче было стоять насмерть и защищать свою землю, чем блуждать по планете, обезумев от страха и ежеминутно ожидая нападения. Он слушал, как Маркус разговаривает с Хоффманом по рации, и у него создалось впечатление, что полковник тоже не думает о бегстве и решил окопаться на острове.

А что ему еще оставалось делать, когда от него зависел целый город?

— Отлично, Хоффман рад, что они уходят, — сообщил Маркус, вытаскивая наушник и почесывая ухо. — Хоть какой-то плюс. Одной проблемой меньше. Может быть, они будут так любезны и оставят нам уцелевшую взрывчатку.

— А ты что, притворялся? — спросил Дом. — Я имею в виду — с Олливаром.

Маркус лишь едва заметно пожал плечами. Точнее, шевельнул ими.

— Я не умею притворяться.

— Наверное, именно поэтому ты меня убедил.

— В чем? В том, что им тоже крышка, как и нам?

— Ага.

— Пусть подумают на досуге. — Маркус поднялся; «Ворон» пролетал над стенами базы. Полдюжины доисторических бульдозеров, извлеченных из гаражей для расчистки площади под жилые дома, выстроились в ряд, и вокруг них суетились солдаты. — Похоже, Хоффман действительно настроен окопаться.

Дом вытянул шею:

— А что именно они делают? Он не сказал?

— Он сказал только — если это сработало в Кузнецких Вратах, то может сработать и здесь.

Хоффман никогда не говорил о Кузнецких Вратах, точно так же как Маркус и Дом не распространялись о долине Асфо. Дом решил, что у Хоффмана имеется та же причина, что и у него, — некий поступок, вызванный необходимостью, о котором не хочется вспоминать лишний раз. Но награды и повышения, связанные с тем и другим событием, не давали их забыть.

Однако Хоффман сам заговорил о своем «скелете в шкафу». Возможно, это означало, что он сумел справиться со своими призраками прошлого быстрее, чем Дом.

Старик прав. Некоторые вещи лучше всего встречать лицом к лицу.

Новые укрепления, военно-морская база Вектес, три дня спустя

Посудины, составлявшие флот Олливара, еще не добрались до острова. Полипы и стебли тоже не появлялись. Бандиты сидели тихо. У Хоффмана создалось впечатление, будто весь мир по какой-то причине затаил дыхание.

Он надеялся, что это просто небольшая передышка, которая позволит ему достроить укрепления прежде, чем разверзнется ад. Это даст им некоторое разнообразие; хватит уже каждый день бегать от надвигающихся катастроф, таская за собой скудные пожитки, — ведь даже бегство никогда не получалось у них как следует. Рвы и ямы, тянувшиеся вдоль северной границы лагеря, уже были достаточно глубокими; их вид создавал у жителей чувство защищенности и укреплял веру в армию. Тем не менее все это вполне могло оказаться лишь напрасной тратой сил.

«А что, если стебли выползут из-под земли прямо в лагере? А что, если мы не сможем загнать полипов в нужное место? А что, если… наступил момент, когда я провалю оборону?»

По крайней мере, Диззи Уоллин был счастлив. Он вскарабкался в кабину своего чудовищного агрегата — он называл машину «Бетти» — и завел мотор. Монстр затрясся, затем ожил. Хоффман стоял на валу, образованном из земли, извлеченной из ям, — и они с Диззи оказались почти на одном уровне.

Диззи провел ладонью по рулю, словно успокаивал машину.

— Доброе утро, дорогая, — обратился он к экскаватору. — Ты хорошо отдохнула? Готова немного поработать для Диззи? Хорошая девочка. — Он положил локоть на раму открытого окна. — С дамами нужно обращаться деликатно, полковник. Показывать, как ты их ценишь.

Хоффман был совершенно уверен в том, что Диззи имел в виду свой экскаватор, но нечистая совесть не давала ему покоя. Все водители, завербованные во время операции «Спасательная шлюпка» — так Прескотт окрестил проект по вербовке бродяг в обмен на помощь их семьям, — были помешаны на своих машинах. Возможно, эта полубезумная любовь к механизмам просто помогала им выполнять тяжелую работу — да еще пьянство, в котором Диззи погряз по уши.

«Ну и что? Дело свое он делает. Бедняга. Скоро совсем загубит себе печень».