Читаем Увечный бог полностью

  Колдун развел руками. - Ну, видит Худ, это не призыв к рыцарству. Ей не нужно отпирать эту дверь. Ни порхающих ресниц, ни соблазнительных взоров или стыдливых подмигиваний...

  Калам грубо засмеялся, представляя картину, но тут же опомнился. - Она просит, и что-то в голове твердит вам: она имеет право, и она живет лишь ради этого. Она просила меня умереть, защищая ее - зная, что я не особенно ее любил. Быстрый, тот миг мне не забыть до конца жизни.

  - Но ты так еще и не понял, почему это срабатывает.

  Ассасин кивнул. - Сразу... как будто она вдруг вынула наружу твою душу, душа лежит, трепещущая, нагая, предельно уязвимая - и она может ее взять, сжать так крепко, что капает кровь. Может даже пронзить ее. Но не пронзает - не делает ничего плохого, Быстрый. Она опускает руку, пальцы нависают и... исчезают, как будто лишь этого она и хотела.

  - Можешь остановиться, - пробурчал маг. - То, о чем ты - между людьми такого почти не бывает. Может, все мы мечтаем об этом, Калам, но этого почти никогда не бывает.

  - В посулах Лейсин не было уважения. Грубый подкуп, взывавший к худшему во мне. Но от Таворы...

  - Только уважение. Теперь я вижу, Калам. Вижу.

  - Быстрый?

  - Что?

  - Она жива? Думаешь... Тавора еще жива?

  Быстрый Бен пнул камень, мешавший шагнуть. - Даже брат не знает ответа. И я не знаю.

  - Но ты... ты же...

  - Верю ли я? Ты об этом? - Он помахал рукой. - Оглядись! Вся проклятая армия идет ради веры! Нам просто приходится за нее держаться!

  - Отлично, - прорычал Калам. - Тогда спрошу вот что: сможет Паран вытянуть всё в одиночку? Если потребуется?

  Быстрый Бен потер лицо. Скривился, сказал сквозь зубы: - Слушай. Ты не обратил внимания?

  - На что?

  - Просто... когда он идет по лагерю. Или скачет. Ты слышал, как солдаты зовут его, когда он проходит? Жесты, смех, кивки и так далее. Они здесь потому, что желают, хотят идти за ним. Войско потеряло Даджека Однорукого - это должно было бы его прикончить, но не прикончило, так? Наш прежний капитан ведет целую армию. Ты сказал, Тавора просит, и ей большего не нужно. Но ее брат - он просто ОЖИДАЕТ.

  Калам медленно кивнул. - Пять монет на него, Быстрый. Но... - он остро поглядел на колдуна, - ведь тебя послал Темный?

  Быстрый Бен скорчил рожу. - Император тянет за старые нити - честно говоря, я поражен, что он еще ими владеет. Понял? Какие узлы он завязал, чтобы нас соединить? Боги подлые.

  - Ты ему доверяешь?

  - Темному Трону? С ума сошел?

  Ассасин помедлил, успокаиваясь, и ответил: - Тогда так. Калам закончил с вопросами - ты, колдунишка, прикрываешь мою спину, а я твою. Идем убьем Форкрул Ассейлов. Побольше.

  - Самое время тебе регрессировать до обычного медведеподобного состояния. Итак, впереди будет лагерь, в котором собрались офицеры. За рядами укреплений. Водразы, Чистые и так далее. Нам нужно сначала найти Чистых - повалим их, и остальное станет проще.

  - Верно. А при чем тут я, не спрятавший отатараловое лезвие? В чем проблема?

  Быстрый Бен пожал плечами: - Как делается отатарал?

  - Без понятия.

  - Разумеется, - бросил колдун. - Ты делаешь его, вливая в одно место так много магии, как можешь - и если тебе повезло и порог перейден, огненная буря выжигает всё, делая...

  - Отатарал.

  - Прекратишь перебивать? Я о чем? Что бывает, когда десять тысяч драконов и несколько сотен Старших Богов решают вместе сделать одно?

  - Остров Отатараль? У Семиградья? Не удивлен, что...

  - Тихо! Не остров - это лишь местная заварушка миллион лет тому назад. Нет. Они делают, Калам, Отатараловую Драконицу.

  - Возьми меня Худ! Стой, ты не говоришь, что они как раз...

  - Ладно, не скажу. Но суть не в этом.

  - Так в чем суть, Быстрый Бен?

  - В том, что драконица свободна и летит сюда и, что самое важное, она может чуять отатарал. Каждый раз как ты используешь.... Аххр!

  Руки Калама сомкнулись на горле мага. Он подтянул приятели ближе. - Еж был прав насчет тебя, - шепнул он (лицо Быстрого Бена побагровело, глаза выпучились). - Ты сумасшедший и, что еще хуже, думаешь - это смешно! - Слабые руки вцепились в запястья Калама. Ассасин с рычанием оттолкнул Бена.

  Колдун пошатнулся, упал на колени, кашляя и задыхаясь.

  Трое солдат побежали к ним, но Калам поднял ладонь: - Вернитесь в строй. Он будет жить, а если я пну его, то лишь разок-другой. - Видя их глаза, ассасин фыркнул. - Да, он верховный маг. Я разве отрицаю? А теперь, - лицо его окаменело, - сгиньте!

  Солдаты отступили

  Калам сверкнул глазами на Быстрого Бена. - Еж всегда держал в запасе жулек, ты знал? На нем было нарисовано твое лицо. Любил нам говорить, что, если твои схемы доведут нас до смерти, он в последний миг швырнет жулек тебе в затылок. Знаешь, раньше я считал это слишком экстремальным...

  Оставив кашляющего, стоящего на четвереньках мага, Калам пошел дальше.

  ***