Читаем Увечный бог полностью

  Изрытый путь нырнул в низину и поднялся на край Берега; пока он пробирался вверх, звуки боя стали ревом. Еще два шага, ухватиться за корень, как за ручку - и он на гребне обрыва, и перед ним сцена, похитившая силу из ног, холодной хваткой сдавившая сердце.

  "Видел ли я что-то подобное?" Перед ним семь тысяч трупов. Летерийцы. Трясы. А дальше, вдоль Светопада - по обе стороны бреши - сколько мертвых и умирающих Лиосан? Десять тысяч? Пятнадцать? Какие-то непостижимые числа. Ничего не говорящие числа. Можно повторять их в уме, словно мантру, можно глядеть на один ужас, на другой; можно перевести взор туда, где сгрудились обороняющиеся - у самой раны - не давая Лиосан сделать ни шагу на Берег. Но всё это лишено смысла, гляди не гляди.

  "Последняя битва. Вот что это такое. Они идут и идут. Мы падаем и падаем. Целый народ перед лицом уничтожения".

  Ему уже хотелось отвернуться и пойти назад, в Харкенас, во дворец, в тронный зал и... "и что? Не ее вина. Она даже не хотела оказаться здесь. Боги подлые, Сенд! Начинаю понимать твое безумие. Никто здесь не готов сдаваться, и не тебе их отговаривать. Ты могла бы перерезать себе горло - это ничего не изменит. Люди будут умирать за труп. Труп на троне в трупе города. Причина давно перестала иметь значение.

  Нужно было догадаться раньше".

  Две девочки бродят между мертвыми и полумертвыми, от трупа к трупу. От пяток до макушек они вымазаны алым. Одна вопит, словно желая порвать свой голос, уничтожив навсегда. Другая спотыкается о тела, зажимая уши руками.

  Резервов уже нет. Все способные держаться на ногах встали у бреши, где еще стоит, еще сражается Йедан Дерриг. А Яни Товис? Что с королевой трясов? Вифал не смог различить ее в кровавой мясорубке. Если она погибла, то лежит ныне в груде подданных.

  Он ощутил, что задыхается. В груди стучало. Дубина скользила в руке. Он опустил ее и потянулся за резным шлемом, что висел на поясе. Неловко открыл застежки - словно пальцы забыли, как работать с железом. Наконец-то снял его и напялил на голову. Приладил поудобнее. Застегнул ремешок на шее, прищемив бороду.

  Звуки битвы утихли, походя на шум далекого прибоя у некоего незримого берега. Затем резкий скрип - это он опустил забрало. Сцена перед глазами внезапно разбилась на части хаотически расположенными щелями. Дыхание гулко отдавалось в темном пространстве.

  Вифал подобрал палицу, выпрямился. Закрыл щитом левую половину торса и двинулся вперед.

  Кто-то захватил контроль над телом - ноги сами влекут его на пляж, глаза отыскивают тропу между недвижными телами. Рука сама держит оружие, щит - конечности больше ему не принадлежат, не отвечают на команды. "Добровольно ты не пошел бы в такую битву. Зачем тебе? Нет, иная сила подхватила тебя, движет как куклу, как орудие. Ты видишь, что подходишь ближе. Ты недоумеваешь, удивляешься. Но страх словно выдуло. На его месте пустота. Шум снаружи - ничто перед шумом внутри - ревом крови, дыханием. Во рту пересохло, ты убил бы маму родную за глоток воды. Нет, конечно же, нет - это было бы плохо. Ты готов смеяться над своими мыслями. Но раз захохотав, ты уже не остановишься.

  Так было в первой моей битве? Вот почему я помню так мало - отдельные замороженные мгновения, мгновения, хватающие за горло? Заставляющие видеть то, чего нем хочется видеть, помнить то, ради чего ты готов молить богов о забвении?

  Так всё было?"