Читаем Уцелевший полностью

У Страйкера появились сомнения: затылок начал немного гудеть, словно перед приступом мигрени. Пытаясь не поддаваться слабости, он притворился, что этого ощущения просто нет, и вдруг заметил на полу еще один патрон – длиннее, чем тот, который нашла Фелиция, и более заостренный. Гильза из серой стали, оболочка пули из тусклой меди – «калашников», однозначно!

Находка окончательно рассеяла все сомнения: наверняка автомат забрали при первичном осмотре места преступления. Не могли же они и в самом деле оставить без присмотра валяющийся на полу ствол, да еще в школе! Это надо будет выяснить, подумал он, хотя какая-то часть его не хотела знать ответ на этот вопрос.

Черную Маску было плохо видно в тусклом освещении: лампы дневного света разбило отлетевшими осколками.

Сцена получалась подходящая, почти что поэтичная – черная маска, мертвое тело в густой тени…

Второй стрелок лежал точно в такой же позе, как и первый: на спине, руки раскинуты, глаза невидящим взглядом смотрят в потолок. Желтое полицейское ограждение словно помещало это третье место преступления в подарочную коробку, только рождественского банта не хватало. Страйкер надел новые перчатки.

– Я там еще не закончил! – крикнул ему Лапша.

– Да ты никогда не закончишь!

– Не лезь туда, Горе-капитан!

Глубоко задумавшись, Страйкер не ответил. Красная Маска не пожалел времени, чтобы уничтожить лицо и руки другого стрелка, Белой Маски, в кармане которого лежали документы на имя Квентона Вонга, а с телом третьего подельника возиться не стал. Почему? Что-то тут не сходится! Страйкер наклонился над трупом и принялся внимательно изучать его: стрелок не такой накачанный, худой – не похоже на взрослого мужчину. Вполне возможно, что это подросток – кто-то из учащихся.

Детектив посмотрел на маску стрелка – черная, плотно облегающая лицо, две горизонтальные прорези для глаз.

Два ранения – одна пуля вошла прямо в голову (отличный выстрел на поражение), другая застряла в грудине. Страйкер сосредоточился на первом, смертоносном выстреле: пуля попала в левую щеку, уничтожив примерно треть хоккейной маски.

Детектив вспомнил, что сказал Фелиции Ларош: «Возможно, мальчик невиновен».

Невозможно, подумал Страйкер, однако эта фраза продолжала преследовать его.

Осторожно потянув маску наверх, он снял ее с головы стрелка. Запекшаяся кровь прилипла к пластику, словно вторая кожа. С легким щелчком маска снялась, и детектив увидел лицо бандита.

Третий киллер оказался подростком. Никогда раньше Страйкер его не видел. Азиатского происхождения, совсем юный – лет шестнадцать, не старше… Страйкер задумался.

– Фелиция! – позвал он.

Напарница разговаривала с Лапшой, но, услышав голос Страйкера, повернулась к нему:

– Что?

– Позови Кэролайн!

Фелиция ничего не ответила, видимо обидевшись на приказной тон, однако кивнула, вышла из столовой и через пять минут вернулась с директором Майерс. Кэролайн уже не плакала, но была смертельно бледна.

– Я здесь! – позвал Страйкер, заметив, что она с трудом передвигает ноги.

Фелиция шла уверенно, совершенно спокойная и невозмутимая, директор Майерс едва за ней поспевала, как будто каждый шаг причинял ей боль. Она смотрела по сторонам, приостанавливалась возле каждого из укрытых тел. На ее лице застыла скорбная маска. Страйкер прекрасно знал, о чем она думает: «Кто же из моих детишек лежит под этими простынями?» Такой шок трудно пережить не только обычному гражданскому, но и бывалому полицейскому.

Директор Майерс остановилась в паре метров от полицейского заграждения, за которым стоял Страйкер, и поежилась, словно от порыва ледяного ветра.

– Кэролайн…

– Ты хочешь, чтобы я посмотрела на него?

– Думаю, я знаю, кто это. По-моему, и ты это знаешь, – взглянул на директора детектив. – Предупреждаю, пуля вошла прямо в лицо. Большая часть повреждений на затылке, где выходное отверстие, но зрелище все равно не из приятных…

– Хорошо, – с трудом выдавила Кэролайн.

– Узнаёшь этого парня? – Страйкер вздохнул, сделал шаг в сторону, чтобы не загораживать ей тело.

Директор Майерс молчала, слегка пошатываясь. Фелиция подхватила ее под локоть, испугавшись, что дама упадет в обморок. Через несколько секунд по щекам Кэролайн заструились слезы.

– Это Шерман… – прошептала она. – Мой ассистент…

– Теперь мы знаем, кто отключил камеры наблюдения, – кивнул Страйкер и подошел к ним, приподняв желтую ленту. – Кэролайн, что он за человек? – мягко спросил Страйкер. – На самом деле? С кем он общался?

– Шерман… Шерман всегда был хорошим мальчиком. Правда, очень хорошим!

– Хорошие мальчики не убивают детей, – коротко ответил Страйкер и вместе с Фелицией отвел директора в сторону, на другой конец столовой, чтобы вид крови и мертвых тел не отвлекал ее. – Каким бы ты ни считала этого мальчика, Кэролайн, это неправда, – без обиняков сказал он. – Забудь об этом, он совсем не такой, как ты думала. А теперь, пожалуйста, сосредоточься. Подумай хорошенько. Что за человек Шерман Чан и с кем он общался?

Директор залезла в карман пиджака и вытащила пачку ментоловых «Кул лайтс».