С другой стороны, такие разговоры Кортни ужасно пугали: это, конечно, безумно интересно и все такое, но речь идет о Квенте Вонге! Он на три года старше их, не закончил школу и уж точно не девственник! За последние три месяца Квент бросал Рейн уже два раза, и стоит ему залезть ей под юбку, как бросит и в третий раз, а она останется ни с чем.

– Ты уверена, что хочешь, чтобы он стал твоим первым парнем?

– Корт, перестань занудничать! – нетерпеливо перебила ее Рейн. – Говоришь, прям как мужененавистница вроде моей мамы!

– Твоей мамы? – уязвленно переспросила Кортни.

– Ну да! Она ненавидит всех парней, которые мне нравятся! И папу тоже ненавидит! Все время меня против него настраивает! А думаешь, почему она мне столько бабла дает? Пытается меня купить! Да я даже домой не хочу идти из-за этого – придется сидеть и слушать, как она ругает мужиков!

Молча внимая тираде подруги, Кортни думала о Квенте. Когда ей случалось его видеть, он либо хвастался новыми татуировками, либо нарочно ронял кошелек, чтобы все увидели, сколько там денег, хотя работы у него нет! А еще он всегда лапал Кортни, стоило Рейн отвернуться: то слегка приобнимет за талию, то потреплет по щеке – ничего такого, ерунда, но как все-таки противно!

Кортни собиралась было сказать Рейн все, что она думает о Квенте, но та вдруг радостно взвизгнула и замахала руками: к ним приближался тот, о ком они говорили. Это был парень невысокого роста, всего на пять сантиметров выше Кортни, метр шестьдесят максимум, зато широкоплечий и накачанный, атлетического телосложения. На нем были просторные черные джинсы с китайским драконом и белая дизайнерская толстовка, на которой спереди и сзади золотом были вышиты череп и под ним два скрещенных пистолета.

Вот идиот!

Рейн бросилась к нему. По сравнению с тяжелой поступью Квента ее походка казалась летящей и воздушной. А Квент всегда шагал размеренно, да и вообще он все делал по расчету, словно у него было продумано каждое движение.

Кортни встала и медленно пошла за Рейн, внимательно разглядывая Квента. На круглом лице красовалась аккуратно подстриженная бородка. Кажется, называется эспаньолка, вспомнила Кортни. А еще он вставил ярко-зеленые контактные линзы. Прошлый раз были голубые. Из-за цветных линз его глаза сияли, словно лампочки, особенно когда он смотрел по сторонам, обшаривая взглядом торговый центр, как будто искал совсем не Рейн и Кортни, а кого-то еще.

Рейн бросилась ему на шею и наградила долгим поцелуем взасос. Квент ответил на поцелуй, но продолжал оглядываться по сторонам.

– Привет, конфетка! – поздоровался он с Кортни, которая терпеть не могла, когда ее так называют.

– Здравствуй, Квентон, – ответила она, поскольку знала, что его бесит полное имя.

– Милый, мы с голоду помираем! – погладив парня по щеке, проворковала Рейн, а потом показала на отделанный бамбуком вход в ресторанчик «Йоки». – Как насчет суши?

– Есть место получше, – покачал головой Квент, окинув ресторан быстрым взглядом.

Они последовали за ним в восточное крыло торгового центра. Всю дорогу он озирался, ища что-то или кого-то своими неестественно зелеными глазами. Кортни следила за ним, чувствуя: здесь что-то не так. Если бы не Рейн, она бы никогда с ним не пошла, но ведь это ее лучшая подруга, что уж тут поделаешь…

Глава 16

Страйкер вошел в учительскую. Там было прохладно и висел застарелый запах жженого кофе. Окно в дальнем углу было распахнуто, и сначала Страйкер подумал, что кому-то удалось спастись таким образом.

От окна потянуло холодом, и у детектива забегали мурашки по коже. Он протянул руку, чтобы прикрыть за собой дверь, но та хлопнула от сквозняка – звук вышел резкий и внезапный, детектив вздрогнул, а вот Меган Линг даже не обернулась. Слегка раскачиваясь, она стояла у окна и смотрела на улицу, а ледяной ветер трепал ее бордовую школьную форму. Единственным атрибутом грядущего Хеллоуина была сережка в ее левом ухе – тыква с жестокой ухмылкой. В правом ухе сережки не было – наверно, потерялась в суматохе.

– Привет, Меган, – тихо сказал Страйкер, подходя ближе и разглядывая крошечные капли крови на ее белой блузке.

В ответ – тишина. Девочка была не в себе. Страйкер подошел еще ближе – медленно, осторожно, чтобы, не дай бог, не напугать. Когда их разделяло шагов десять, он остановился и выглянул в окно, пытаясь понять, на что смотрит Меган.

Окно выходило на школьный двор и главную улицу. Там было настоящее столпотворение: «скорая помощь», пожарные, полицейские. Сирены мигали в полупрозрачном тумане, окрашивая его в синие и красные тона. Весь двор был перегорожен желтой лентой – как будто желтые знамена на карнавале в Керрисдейл-виллидж.

Страйкер подошел к окну, опустил жалюзи, превратив окно в белый квадрат, и снова обратился к девочке.

– Меган? Меган! – повторил он, касаясь ее плеча.

Девочка заморгала и медленно кивнула с отсутствующим видом, словно мысли ее были очень далеко.

– Мой отец погиб в прошлом году… в автокатастрофе на Найт-стрит, – наконец заговорила она тихим хриплым голосом. – Было столько крови… Там, в машине. Столько крови…