Читаем Утопленница полностью

Я узрела Море Веры, и теперь мне не остаётся ничего другого, кроме как внимательно прислушаться к меланхоличному, медленно стихающему рёву, который звучит песней сирены в окутанной туманом ночи, пока волны накатывают одна за другой на гальку мира.

– Я освободилась от призраков Перро, – напечатала Имп, – и Чёрной Орхидеи, и волка, который кричал: «Девочка!», и «ноябрьской» Евы, которой никогда не существовало и которая никогда не появлялась на моём пути. Я заперла их внутри истории, из которой они никогда не смогут сбежать, чтобы как-то мне навредить. Я их изгнала.

Но я-то сама не освободилась. Я уже писала о том, что наваждение никогда не оставляет нас в покое. Вот мои слова: «Раз Одиссей услышал голоса сирен, я сомневаюсь, что он когда-либо забыл их песню. Она должна была преследовать его всю оставшуюся жизнь».

Однако теперь я думаю, что переступила порог, за которым моя история с привидениями потеряла обличье двух злобных близнецов. Теперь у неё всего одно лицо.

– По крайней мере, это поможет сделать мою историю с привидениями немного понятнее, – напечатала Имп.

От одной из Ев я избавилась. Теперь со мной остались только «июльская» Ева, Кэролайн, Розмари, «Утопленница», Филипп Джордж Салтоншталль, «Русалочка» и «Сирена Милвилля». Более чем достаточно призраков на одну безумицу.

Мда, мне действительно пора искать новую работу.

Все совершенно изменилось, вихрь ширится в моей ночи веков, и в конце концов я остаюсь наедине с жуткой красавицей и сутулящимся зверем. Чудовищная тварь осталась непобеждённой и на воле, и я гляжу на неё, монструозную, наслаждающуюся полученной свободой. А в моей голове в это время крутятся мысли о Мэтью Арнольде, Йейтсе, Конраде, мечутся и сталкиваются друг с другом, стремясь вырваться наружу. Пытаясь помешать мне закончить историю с привидениями об «июльской» Еве и русалке:

Это был странный день, но я постараюсь выстроить связный рассказ, с нормальным линейным сюжетом, который раньше так часто мне не давался. Я не умею думать линейными повествованиями, аккуратными рядами чисел (0–9–9–0), не оперирую категориями «давным-давно», «жили они долго и счастливо», «от А до Я» и тому подобными вещами. Однако на этот раз я постараюсь.

Я провела утро, раскидывая резюме по тем компаниям, где в этот момент не было вакансий, но рано или поздно они могут там появиться. Билл дал мне хорошую рекомендацию, и это должно было меня удивить, да? Конечно, я удивилась. Но он сказал, что понимает, мол, это не моя вина, и он взял бы меня обратно, если бы не собственник бизнеса, и ему не хочется, чтобы я долго мыкалась без работы. Я заполнила анкеты в «Утрехте»[111] на Викенден-стрит, в других магазинах на той же улице, в ряде заведений на Тейере, на Вейланд-сквер (включая «Эдж», хотя я понятия не имею, что такое бариста). Эллен посоветовала мне подать заявление в «Подвальные истории», что я и сделала. Мне бы хотелось там работать. Хотя это кажется маловероятным. Всего я заполнила пятнадцать анкет. Может быть, меня позовут на собеседование или даже парочку.