Читаем Устранение полностью

Внезапно я начинаю ещё больше опасаться силы тюрьмы.

— Сейчас сильнее, — говорю я Роману. — В прошлый раз я себя так не чувствовала.

Роман морщит лоб, подходя к передней стенке и протягивая ладонь, хотя и старается не касаться поверхности.

— Всё изменилось, — говорит он. — Я чувствую, что внешний периметр удерживает гораздо больше энергии, что может означать, что тюрьма находится под меньшим контролем внутри.

Мысль о том, что мои сестры в опасности, заставляет меня броситься вперёд.

В прошлый раз дверь открылась сама по себе именно в этом месте, как только мы приблизились

Теперь там нет ничего, кроме блестящей пустой стены.

Я немного подождала, но ничего не произошло.

В отличие от Романа, я, не колеблясь, прижимаю обе ладони к тому месту, где в прошлый раз открывалась дверь, во мне нарастает паника, и моя дымчатая сила обтекает кончики пальцев.

— Впусти меня внутрь, — приказываю я, чувствуя, как во мне борются разочарование и тревога.

Мои демоны-волки реагируют на мои эмоции. Справа от меня Темпл поднимает передние лапы и царапает стену своими смертоносными когтями. Слева от меня Эйс и Блиц делают то же самое, в то время как Лука и Роман придвигаются ближе.

Проклятье. Ничего не получается.

— Нова, — тихо раздается рядом со мной голос Романа. — Дай-ка я попробую.

Он сказал мне, что его сила слишком велика для тюрьмы — что если он прикоснется к ней или войдет внутрь, то может уничтожить тюрьму и всех, кто находится внутри.

— Нет.

Он сжимает моё плечо.

— Сила, заключённая в этой внешней стене, сейчас настолько велика, что равна моей. Мне нужно, чтобы ты доверилась моему мнению, что моя сила не подвергнет опасности твоих сестёр. Только не в нынешнем состоянии тюрьмы.

Я делаю глубокий вдох и резко киваю ему.

— Чтобы убедиться, я собираюсь положить свою руку поверх твоей, — говорит он.

Он говорит это так осторожно, что я смотрю на него.

— Будет больно, не так ли?

— Может быть.

Мы здесь, потому что Роман хотел, чтобы я снова увидела своих сестёр перед следующим испытанием. Сейчас я чувствую себя невероятно счастливой. Насколько я знаю, они, возможно, умирают внутри. Мне нужно добраться до них как можно быстрее.

Я не колеблюсь.

— Сделай это.

Как только я начинаю говорить, мои демоны-волки отступают.

Медленно и осторожно Роман накрывает мою ладонь своей.

Я напрягаюсь, надеясь и молясь, чтобы решение Романа было здравым.

По моей руке пробегает разряд энергии — от тюрьмы или от Романа, я не уверена, от кого именно, но это похоже на пламя, разгорающееся под моей кожей.

Я пытаюсь подавить свой вздох. Я никогда не испытывала такого сильного жжения. Мои собственные силы возрастают, чтобы противостоять Роману, я инстинктивно сопротивляюсь, потому что не уверена, что переживу это столкновение.

Челюсти Романа сжаты, а плечи напряжены.

— Дверь сдвинулась, — говорит он. — Но она всё время меняется. Меняясь местами. Тебе нужно действовать быстро.

Я киваю.

— Скажи мне, где она.

Я жду, пока он поднимет руку, потом ещё, пока пульсация под моей ладонью достигает девяти баллов по шкале от одного до десяти, с которыми я могу справиться. Если она усилится ещё хоть немного, мне будет очень больно.

— Роман, — выдыхаю я. — Я не могу.… Мне нужно, чтобы ты остановился.

Он резко открывает глаза, и я смотрю в черную пустоту, в его глазах ни капли тепла.

— Я чувствую энергию твоего отца.

Я моргаю, глядя на него.

— Моего отца? В тюрьме?

Что за…?

Роман поднимает руку, отрывая нас обоих от поверхности, прежде чем поднести мою горящую ладонь к своим губам. Всё ещё держа меня за руку, он наносит руну на запястье, посылая успокаивающую магию по моей коже, мгновенно охлаждая её.

Я вздыхаю с облегчением, прижимаясь к нему, но внутри меня горит потребность в ответах.

— Мой отец всё это время был заперт в тюрьме? — спрашиваю я. — Ты бы его не нашёл, потому что никогда не бывал в этом месте!

— Я только что почувствовал его энергию, — говорит Роман, задумчиво наморщив лоб. — Но недостаточно сильно, чтобы это означало, что он физически присутствует здесь.

— Как такое возможно? — я пытаюсь разобраться в этом. — Неужели мой отец вложил часть своей энергии в тюрьму, как он вложил свою силу в тот камень, который украл Кода?

Роман задумчиво качает головой.

— Я не могу этого объяснить, но это ощущение было… не таким, как раньше. Джарет не в тюрьме, я уверен в этом, но его энергия не могла быть здесь просто так.

Я не забыла предупреждение Романа о том, что дверь сдвигается, и мне нужно знать, где она находится, прежде чем мы снова её потеряем. Сейчас с моими вопросами об отце придется подождать.

— Где ты почувствовал дверь? — спрашиваю я, сосредотачиваясь на том, чтобы добраться до своих сестёр.

— Обойди вокруг. Туда, — говорит он, указывая на узкую тропинку вдоль стены тюрьмы, но пока он говорит, здание снова меняет очертания. С тихим шелестящим звуком стены становятся выше, а форма приобретает новые углы и изгибы. Пятиугольные крылья исчезают, и через равные промежутки в верхней части здания формируются пирамиды.

Проклятье!