Читаем Успех полностью

Наконец служащие начали выходить из конторы. Анни сразу согласилась пойти в Английский сад и поужинать вместе с Бенно. Они медленно шли, разморенные этим летним вечером, — хорошенькая девушка в легком, светлом платье и ее крепко сколоченный белокурый брат.

Бенни рассказывал о себе. Работа театрального осветителя ему нравится. Правда, приходится в страшной спешке делать то одно, то другое, не работа, а форменная лихорадка, — бывает, целый день бьешь баклуши, а потом ночь напролет не передохнешь, — конечно, хорошего в этом мало. С другой стороны, у него есть возможность мастерить, придумывать, техника театрального освещения покамест в самом зачатке, нерешенных задач целый воз. Он кое-что придумал, сделал настоящее изобретение, может, в скором времени даже удастся взять патент. Работа интересная, тут ничего не скажешь. Большой плюс в пользу товарища Прекля, что он его туда устроил.

Да, очень мило, сдержанно согласилась Анни. В душе она гордилась Каспаром. Но он стал ужасно ершистый, сказала она. У него была куча неприятностей. Теперь-то все более или менее приходит в порядок, так что она уже может спокойно говорить об этом, — и Анни весело затараторила о нескончаемых раздорах Каспара с квартирными хозяевами, особенно с некой Бабеттой Финк, которая всюду трезвонила, что Каспар якобы отец ее ребенка, и приставала к нему с нахальными требованиями. Он совершенно пасовал перед этой гнусной дурой. Написал отличную балладу о ней, на том и успокоился. Пришлось ей, Анни, самой вмешаться в это дело. А на днях между ней и Каспаром произошел крупный разговор. Конечно, она Каспара очень уважает и так далее, но все же не могла не съязвить — странно, мол, что человек, совершенно неспособный устроить собственную жизнь, так самоуверенно решает за других, как им лучше устроить свою. Каспар стал очень обидчивый, ну, у них и вышла настоящая баталия из-за ее мировоззрения. Но она твердо стояла на своем. Для нее это вопрос решенный: может, кто-нибудь и верит в научный коммунизм, но, по ее мнению, это такая же чепуха, такая же дурь, как вера в непорочное зачатие или в непогрешимость папы римского. Одни в это верят, другие нет. Так вот, она из неверующих.

Бени начал спокойно и пространно объяснять ей позицию Каспара Прекля, который стал коммунистом не из какого-то там человеколюбия, а из трезвого убеждения, что для всего человечества и, следовательно, для него, Прекля, такое общественное устройство разумно, желательно, полезно. На это Анни возразила, что Каспар Прекль умнейший человек, умнее она не встречала, и когда он поет свои баллады, она просто с ума по нему сходит. Но верить в то, во что верит Каспар, она не может, и тут ее не переубедить. Потом задумчиво добавила, что вот и она сама, и ее брат, да и все, кто имеет дело с ним, твердят, что он гений. А в чем его гениальность, никто объяснить не может. Не мог объяснить и Бени.

Но самое главное, это что Бени так доволен работой театрального осветителя, — снова повеселев, решительным тоном заявила Анни. И к тому же он собирается получить патент на изобретение! Вот здорово! Он еще выбьется в люди. Тут оба улыбнулись — Анни бессознательно повторила любимую фразу отца, крепко засевшую в памяти всех членов семьи.