Читаем Усмешки Клио 2 полностью

Или вспомним живописца Рубо, француза, родившегося в Одессе и жившего в России. Специализировался он на батальной живописи, величественные панорамы «Бородинское сражение» и «Оборона Севастополя» — его творения. Так вот, была и третья панорама, не сохранившаяся, лишь отдельные фрагменты уцелели и выставлены в Махачкалинском музее — «Штурм аула Ахульго». Штурм «столицы» Кавказского имамата, резиденции имама Шамиля. Но при всем уважении к павшим русским воинам, обильно полившим своей кровью неприступные скалы Нового и Старого Ахульго, масштаб события все же не тот… Кстати, случившийся двадцать лет спустя штурм последнего убежища Шамиля, аула Гуниб, Рубо тоже увековечил.

Нельзя сказать, чтобы наши художники совсем уж не обращались к теме 1480 года. Обращались. И сейчас обращаются, можно найти в провинциальных музеях картины, изображающие русских витязей на берегах Угры. В советское время в художественном приложении к каждому учебнику истории широко тиражировали картину Маковского «Иван III топчет ханскую басму». Изображенное событие послужило, по официальной версии, поводом для окончательного разрыва с Ордой и в конце концов привело русские и татарские войска на берега Угры… Время давно уже не советское, но сюжет продолжает кочевать из учебника в учебник. Откроем для интереса учебник для 6 класса средней школы «История России с древнейших времен до конца XVI», написанный Е. В. Пчеловым и изданный в 2004 году. Нет приложения с цветными репродукциями, нет старого доброго Маковского, но поглядите-ка: в тексте на странице 193 — очень похожая и сюжетом, и композицией репродукция с картины художника Шустова: «Иван III разрывает ханскую грамоту».

То есть определенный интерес к теме у художников имелся и имеется. При желании можно найти еще более древние графические работы, посвященные стоянию на Угре, — например, в русских летописях встречаются миниатюры на эту тему, причем Угра изображена не как реальная река, а как непреодолимое препятствие — «пояс Богородицы» в летописной традиции.

Однако «Сарайское взятие» никого не заинтересовало, ни русских иллюстраторов летописей, ни мастеров батальной живописи, ни современных художников…

Интересно, почему?

* * *

А вот почему, отвечают без тени сомнения некоторые историки, — не было никакого взятия! Не было рейда по татарским тылам, не было штурма вражеской столицы, ничего не было. Историческая легенда.

Мнение свое подтверждают историки следующими выкладками: все упоминания о взятии штурмом Сарая, или Батыевого Юрта, — у Лызлова, Карамзина, Устрялова и других авторов — имеют один-единственный первоисточник: летопись «Сказание о царстве Казанском» (иногда этот документ именуется «Казанским Летописцем» либо «Казанской историей»). А «Сказанию..», дескать, доверять нельзя. Ибо написано оно было по прямому заказу Иоанна Грозного и для его прославления, и содержит вследствие того массу преувеличений и попросту выдуманных фактов. Взятие столицы Ахмата — именно такой факт. От начала до конца выдуманный. А превратили Сарай в руины, в пепелище не то ногайцы, не то крымский хан Менгли-Гирей. Есть даже версия, что это тюменские татары постарались.

* * *

Нет, такое объяснение нам не подходит…

Во-первых, ввиду полного отсутствия в нем логики. Как может прославлять Иоанна Грозного выдуманное деяние, приписываемое ему деду? Хорошо, пусть прославляло оно не деда и не внука, а Московское государство и его славное войско. Пусть так. Но зачем тогда сначала изобретать, а потом замалчивать фальшивый подвиг? Подвиги для того и выдумывают, чтобы поминать их при любом удобном случае. Лучший тому пример — история с Иваном Сусаниным. Давно доказано, что царя он не спасал и поляков в болото не заманивал — но какая мощная реклама создана фальшивому этому подвигу! Пиар какой! Полная противоположность истории Сарайского взятия.

Во-вторых, подтверждения рассказу «Казанского летописца» в документах эпохи есть, и прямые, и косвенные.

Никоновская летопись повествует прямо:

Подробностей рейда русских войск нет, и вся заслуга приписана великому князю, но смысл совершенно однозначен: Сарай Великий, столицу Ахмата (названный летописцем «Сараи Болшие») разрушили и опустошили не крымцы и не ногайцы, и тем более не тюменцы, — московские войска!