Земли у дяди много. Часть делянки ему от тестя досталась, потому что братьев у жены нет. Кажется, был один, но погиб в армии. Даже жениться не успел… А другая часть – от деда. Тот-то поделил всё на четверых сыновей, но старший из братьев продал свою часть да в город подался, а младший уехал после армии и не вернулся. Говорят, устроился где-то в Стамбуле… точно никто не знает. Но долю свою он не забрал.

Серкану же часть его отца не получить и не продать. Мать отсюда не уедет, еще и с младшими братьями надо делиться… Да он и не собирается всю жизнь на делянке горбатиться. В общем, нет тут ничего, что бы удержало его.

Возле дома дяди Серкан помыл руки из ковшика и, даже не взглянув на братьев, которые прошли к себе, снял у порога резиновые сапоги. Вздохнув, натянул на лицо дежурную улыбку, слегка пригнулся и шагнул через низкий проем в дом.

Глиняный дом, углубленный в землю и снаружи казавшийся не выше человеческого роста, был довольно просторен внутри. Полы устланы старенькими, но чистыми домоткаными коврами. Как приятно пройтись по ним босиком, разминая уставшие ноги!

Серкан подошел поздороваться с дядей, поцеловал его руку и приложил ко лбу. Слегка кивнул тете, готовящей с девочками ужин на кухне. Устало опустился на подушки рядом с двумя кузенами.

Вечер не обещал ничего нового.

– Как идет сбор?

– Мы управимся вовремя.

– А сколько на горе рабочих осталось на выходные?

Разговор тек по привычному руслу. Серкан не смел перебивать и терпеливо отвечал на вопросы, надеясь при первой же возможности сбежать к Улашу, своему близкому другу.

Легкой женской рукой рис с фасолью, зелень и тонкая лепешка сменились на чай с вареньем.

Дядя закурил, откинувшись на подушки, лежащие вдоль стены.

– Можете идти, – кивнул он сыновьям. – Серкан, задержись. – Он жестом показал привставшему племяннику сесть на место. – Надо поговорить.

– Как ваша спина? – опасливо поинтересовался Серкан. – Что сказал врач в больнице?

– Спасибо, все обошлось. Уже лучше. Но кое-что хорошее из этого, кажется, получилось. Ты знаешь, как я отношусь к вам и к тебе…

– Мы очень благодарны вам…

– Я не об этом. Ты совсем взрослый, и тебе пора начинать устраивать свою жизнь.

Все нутро сжалось от неприятного предчувствия. «Нет, нет… Мне не нужны неприятности. Не сейчас». Но, втиснувшись в подушки, Серкан молчал.

– Я много думал о твоем будущем. Скоро армия, и я хочу, чтобы ты пошел туда женатым человеком.

– Но я…

Дядя жестом руки остановил его. Серкан побледнел.

– Я вижу твой темперамент и не желаю, чтобы ты наделал глупостей. Мне не нравятся ваши с Улашем проделки. Я слышу всё, что говорят о тебе, и думаю, что хорошая девушка поможет тебе стать настоящим мужчиной.

– Но, дядя, я же скоро уйду в армию. Что я буду делать с женой и детьми? – мысли юноши сбивались. – Зачем мне семья сейчас?..

Он мысленно уже представил весь ужас такой ситуации. За что?! Злость на весь мир и каждого человека закипала внутри и разливалась по всему телу. Серкан сжал кулаки и закусил губу. Разум бешено метался в поисках спасения…

– Будешь жить. Как все люди. Отремонтируешь дом отца. Заведешь хозяйство…

– После армии… это будет лучше, – запинаясь на каждом слове, парень пытался остановить это безумие.

– Нет. До армии. Ты прекрасно знаешь, как у твоей тети брат не вернулся и у их отца не осталось наследников. Я желаю тебе возвратиться здоровым домой, но будет лучше, если такая ошибка не повторится.

– Но я не единственный сын! – теряя терпение, отрезал загнанный в угол юноша.

– Ты старший сын без отца! – тоже довольно резко оборвал его дядя. – Я подобрал тебе невесту. Еще будешь мне благодарен… И без капризов! Через неделю поедем в город на смотрины. Можешь идти.

Отвечать было бесполезно и бессмысленно.

Серкан пулей вылетел из дома. Курить при дяде было невозможно. Судорожно перебирая пальцами, вытащил из кармана табакерку, сделал самокрутку и затянулся.

Что делать? Куда бежать без денег и документов?

– Зачем мне эта девчонка? Других женихов не нашлось? Совсем никому не нужна? Уродина?! – подогревал себя Серкан, тяжелой поступью идя домой.

Мать не спала и ждала его. Значит, уже знала…

– Говорил с дядей, сынок? – начала женщина, но Серкан полоснул ее взглядом, и она осеклась.

– Неужели ты согласилась?..

– А что я могу сказать? – в глазах матери блеснули слезы. – Не я решаю… Но знаю, что дядя тебе плохого не пожелает. Кроме того, ты уедешь, а жена твоя будет помогать по хозяйству. Это твой мужской долг – создать семью. Не о чем спорить.

Болезненно бледная, она медленно ушла в свою комнату.

Отмучившись ночь без сна, к утру Серкан уже ненавидел свою невесту, даже ни разу не увидав…

3

Отец с мамой долго о чем-то говорили. Я догадывалась, что решается моя судьба. И хотя мысли и мечты о тебе завораживали меня, но и пугали не меньше. Когда стоишь у края мечты, немного теряешься. Я очень волновалась…

Но через пару дней папа, вернувшись с работы, за ужином поднял глаза и пристально посмотрел на мое лицо.

– Какая большая ты у нас выросла! И какая красавица…

Меня немного смутили такие слова.