Читаем Ушедший мир полностью

– Хватит, – сказал Дион. – Господи. – Он отхлебнул глоток. Указал стаканом на Джо и Рико. – Это поручаю вам двоим. Что мне еще нужно знать о делах на улицах Браун-тауна?

Джо по глазам понял, что у всех зародился ехидный вопрос: «Что ты вообще знаешь о делах на улицах Тампы?»

Однако последний, кто предположил вслух, что Дион босс, отрешенный от дел, тут же ощутил у себя на шее руки Диона, которые давили, пока не пережали ему дыхательное горло.

Джо взглядом передал инициативу Рико.

Молодой человек стряхнул с рук пыль от арахиса и подался к слушателям.

– Мне бы хотелось предложить иное решение, но его нет. Диксу придется уйти. И чтобы свести к минимуму противодействие, его сына придется отправить вслед за ним. Мы посадим за большой стол Ламара, и если он все-таки окажется совсем чокнутым, то к тому времени мы подыщем ему замену. Или будем к этому близки. А временное снижение прибылей в переходный период будет более чем достаточно компенсировано тем, что под наш контроль перейдет эта их подпольная лотерея. Для негритосов же «Числа» все равно что религия. – Он протянул руку за орешками. – Мне бы хотелось, как я уже сказал, чтобы нашлось иное решение. Только его нет.

Все посмотрели на Джо.

Джо смял окурок своей сигареты.

– Сомневаюсь, что с Ламаром можно иметь дело. Он сумасшедший. А Бризи Дикс недостаточно силен, чтобы занять место отца и одновременно дать отпор Крошке Ламару. Поэтому я уверен, что удар по нашим доходам будет гораздо ощутимее, чем думает Рико. Монтус насаждал железную дисциплину, и его уважают. Потому что в черных районах Айбора с начала двадцатых царит мир. Благодаря Монтусу Диксу. Потому предлагаю дать Фредди то, за чем он приходил туда: он получает бухгалтерию Монтуса, принимает его в качестве младшего партнера, и Монтус смиряется с ударом, потому что понимает: в противоположном случае его ждет смерть.

Джо сел обратно на диван, а Дион некоторое время оглядывал собравшихся, однако никто ничего не сказал. Дион поднялся, взял свой стакан и сигару, подошел к огромному арочному окну, за которым виднелись портовые краны, зерновые склады и канал с полууснувшей водой. Он отвернулся от окна, и Джо прочел ответ по его лицу.

– Мочим черного. – Он пожал плечами. – Иначе подумают, что мы смотрим сквозь пальцы на убийство двух наших.

– Это будет не так просто, – сказал капитан Байнер. – Он заперся в своей крепости. Запасов у него там достаточно. Его люди сторожат все двери и окна. Несколько человек на крыше. В данный момент крепость неприступна.

– Поджечь, – сказал Фредди.

– Господи. – Рико потряс головой. – Да ты что, совсем рехнулся?

– А что?

– У него там три жены, – сказал Рико.

– И шестеро детей, – добавил Джо.

– Ну и что?

Даже Дион, проливший больше крови, чем любой босс последнего времени, выглядел неприятно удивленным.

– Да, – сказал Фредди, – жена или ребенок могут сгореть, но на войне как на войне. На войне случается всякое. Скажите, в чем я не прав?

– Ты видишь в этой комнате бабуинов? Или паршивых шакалов? – спросил Дион. – Мы не животные.

– Я всего лишь предложил…

– Еще раз услышу, что ты предлагаешь убивать детей, – сказал Джо, – и знаешь что, Фредди? Я собственноручно тебя прикончу.

Он с улыбкой развернулся, чтобы Фредди мог посмотреть ему в глаза.

– Стоп! – Рико вскинул руки. – Давайте все снизим обороты, ладно, джентльмены? Фредди, детей никто не убивает. Джо, никто не убивает Фредди. Ясно? – Он повернулся к Диону. – Просто скажи нам, что делать, босс.

– Поставьте там несколько стрелков. Если высунется, отстрелите ему башку. Если нет, пройдет несколько недель, и он начнет сходить с ума в четырех стенах. Тогда его и прикончим. А тем временем засылайте к черным своих людей, чтобы передача власти прошла как можно спокойнее. Так будет разумно?

– Вот потому ты и босс.

Рико кивнул, и на его мальчишеском лице расцвела широкая улыбка.

Глава одиннадцатая

Неисчерпаемая способность

Дункан Джеффертс запирал заднюю дверь в лаборатории судмедэкспертизы округа Хиллсборо, когда из-за ближайшей санитарной машины неспешно вышел человек, которого он никак не ожидал увидеть, и произнес:

– Здравствуйте.

Перейти на страницу:

Все книги серии Коглин

Настанет день
Настанет день

Впервые на русском — эпический бестселлер признанного мастера современной американской прозы, автора таких эталонных образцов неонуара, как «Таинственная река» и «Остров Проклятых», экранизированных, соответственно, Клинтом Иствудом и Мартином Скорсезе. «Настанет день» явился для Лихэйна огромным шагом вперед, уверенной заявкой на пресловутый Великий Американский Роман, которого так долго ждали — и, похоже, дождались. Это семейная сага с элементами криминального романа, это основанная на реальных событиях полифоничная хроника, это история всепоглощающей любви, которая преодолеет любые препятствия. Изображенная Лихэйном Америка вступает в эпоху грандиозных перемен — солдаты возвращаются с фронтов Первой мировой войны, в конгрессе обсуждают сухой закон, полиция добивается прибавки к жалованью, замороженному на уровне тринадцатилетней давности, анархисты взрывают бомбы, юный Эдгар Гувер вынашивает планы того, что скоро превратится в ФБР. А патрульный Дэнни Коглин, сын капитана бостонской полиции, мечтает о золотом значке детектива и безуспешно пытается залечить сердце, разбитое бурным романом с Норой О'Ши — служанкой в доме его отца, женщиной, чье прошлое таит немало загадок…

Деннис Лихэйн

Историческая проза
Ночь – мой дом
Ночь – мой дом

Впервые на русском — новое панорамно-лирическое полотно современного классика Денниса Лихэйна, автора бестселлеров «Таинственная река» и «Остров Проклятых», а также эпоса «Настанет день» — первой в новом веке заявки на пресловутый «великий американский роман». Теперь «наследник Джона Стейнбека и Рэймонда Чандлера» решил сыграть на поле «Крестного отца» и «Однажды в Америке» — и выступил очень уверенно.Итак, познакомьтесь с Джо Коглином — сыном капитана бостонской полиции Томаса Коглина и младшим братом бывшего патрульного Дэнни Коглина, уже известных читателю по роману «Настанет день». Джо пошел иным путем и стал одним из тех, кто может сказать о себе: «Наш дом — ночь, и мы пляшем так бешено, что под ногами не успевает вырасти трава». За десятилетие он пройдет путь от бунтаря-одиночки, которому закон не писан, до руководителя крупнейшей в регионе бутлегерской операции, до правой руки главаря гангстерского синдиката. Но за все взлеты и падения его судьбы в ответе одна движущая сила — любовь…

Деннис Лихэйн

Детективы / Проза / Историческая проза / Полицейские детективы
Закон ночи
Закон ночи

Панорамно-лирическое полотно современного классика Денниса Лихэйна, автора бестселлеров «Таинственная река» и «Остров проклятых», а также эпоса «Настанет день» — первой в новом веке заявки на пресловутый «великий американский роман». Теперь «наследник Джона Стейнбека и Рэймонда Чандлера» решил сыграть на поле «Крестного отца» и «Однажды в Америке» — и выступил очень уверенно.Итак, познакомьтесь с Джо Коглином, который подчиняется «закону ночи». Джо — один из тех, кто может сказать о себе: «Наш дом — ночь, и мы пляшем так бешено, что под ногами не успевает вырасти трава». За десятилетие он пройдет путь от бунтаря-одиночки, которому закон не писан, до правой руки главаря гангстерского синдиката. Но за все взлеты и падения его судьбы в ответе одна движущая сила — любовь...В начале 2017 года в мировой и российский прокат выходит экранизация романа, поставленная Беном Аффлеком; продюсерами фильма выступили Аффлек и Леонардо ДиКаприо, в ролях Бен Аффлек, Брендан Глисон.

Деннис Лихэйн

Историческая проза

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее