Читаем Уроки мудрости полностью

"В чем же тогда состоит решениепроблемывысокойинфляции?""Единственно реальное решение состоит в том, — ответила Хендерсон, опять обращаясь к своей любимой теме, — чтобы изменить саму систему, переструктурировать нашу экономику, децентрализовав ее, разбивая щадящие технологии и поддерживая системы сболее умеренным вовлечением капитала, энергии и материалов и с широкимпривлечением труда и людских ресурсов. Такая ресурсосберегающая экономика с полной занятостью будет по сути неинфляционнойи экологически правильной".Сейчас, осенью 1986 года, когда явспоминаю нашу беседу восьмилетней давности, я поражаюсь тому, какпоследующее экономическое развитие подтвердило предсказание Хендерсон и тому, как мало ееслушалиправительственныеэкономисты. АдминистрацияРейгана снизила инфляцию припомощимахинацийпорезкомуснижениюспроса, азатем безуспешно пыталась стимулировать экономику массовымснижением налогов. Эти манипуляции вызвали огромныетрудностисредимногих групп населения, особенно среди групп со средним и низким достатком. Их результатом явилось повышение уровня безработицы выше семипроцентови свертывание или значительное сокращение многих социальныхпрограмм. Все это преподносилось как панацея, которая в конце концовспасет нашу большую экономику, но произошло нечто противоположное. Врезультате "рейгономики" американская экономикаоказаласьпораженнойтройнойраковойопухолью — гигантским дефицитом бюджета, постоянноухудшающимся внешне торговым балансом и огромным внешним долгом, которыйпревратилСШАвкрупнейшего должника в мире. По угрозой этоготрехголового кризиса, правительственные экономисты продолжают зачарованно глазеть на мерцающие экономические индикаторы и в отчаянии пытаются применить отжившие кейнсианские концепции и методы.

Во времянашейдискуссии об инфляции, я часто замечал, чтоХендерсон использует лексику теориисистем. Например, онаотмечала" взаимосвязанность экономических и экологических систем", или говорилао "прогнозе социальных издержек во всей системе".В тот же день, позже, я прямо обратился к области теории систем, и спросил ее, не находит ли она полезной эту концепцию.

"О да, — мгновенно отреагировала она, — я думаю, что системный подход существенен для понимания наших экономических проблем. Этоединственный подход, который может внести какой-то порядок в настоящийконцептуальный хаос".Я с удовлетворением воспринял это высказывание, таккакнедавноя пришел к мысли, что концепция теории систем даетидеальный язык для научной формулировки экологическойпарадигмы. Тутмы погрузились в длительную и увлекательную дискуссию. Я живо вспоминаю наше волнение, когда мы обсуждали потенциал системного мышления всоциальныхиэкологических науках, стимулируя друг друга внезапнымиоткрытиями, вместе вырабатывая новые идея и находя множествозамечательных совпадений в наших мировоззрениях.

Хендерсон начала беседу, выдвинув идею о том, чтоэкономикаявляется живой системой, состоящей из человеческих существ и социальных институтов и находящихся в постоянном взаимодействии с окружающимиэкосистемами. "Изучая экосистемы, можно узнать массу полезных вещей обэкономических ситуациях, — утверждала она. — Например, можно увидеть, что в системе все движется циклически. В таких экосистемах линейные причинно-следственные связи встречаются редко, поэтому они также не слишком полезны и для описания вложенных экономических систем".

Мои беседы с Грегори Бэйтсоном предыдущим летом убедили меня вважности признания нелинейности всех живых систем, и я заметил Хейзл, что Бэйтсон назвал такое признание "соматической мудростью"."Вообще, — предположил я, — соматическая мудрость говорит вам, что если выделаете что-то, что хорошо, то не обязательно увеличение этого хорошего приведет к лучшему результату".

"Совершенно верно, — ответила Хендерсон с воодушевлением. — Я всегда придерживалась того же мнения, говоря, что нечто так не портит, как успех". Я рассмеялся над ее остроумным афоризмом. В типичнойдлясебяманере, Хендерсонсвоей сжатой формулировкой соматическоймудрости сразу расставила точки над i — те стратегии, что успешны наодной стадии, могут быть совершенно неприемлемы на другой стадии.

Нелинейная динамика живых систем навела меня на мысльоважности рециклирования. Я заметил, что сегодня уже непозволительно выбрасывать старые вещи и сваливать промышленные отходы где-нибудь в другомместе, потому что в нашей глобально взаимосвязанной биосфере уженет "другого места".

Хендерсон былаабсолютносогласна со мной."По той же самойпричине, — сказала она, — не существует такого понятия как "дармоваяприбыль", независимо от того, выужена она из чужого кармана, или получена за счет окружающей среды или будущих поколений".

"Другим аспектом нелинейности является проблема масштаба, внимание к которой постоянно привлекал Фриц Шумахер, — продолжалаХендерсон. — Существуют оптимальные размеры для любой структуры, любойорганизации, каждого института, и увеличение любого отдельного параметра неизбежно привлечет к разрушению объемлющей системы".